Сама приедет и все сделает. И мозг не будет ломать. И бегать не придется. Сама без уговоров раздвинет ноги.

А не хочу. Не хочу никого. От одной мысли, что подо мной окажется кто-то другой, а не Анечка, член становится мягче. Просто не хочу.

Вот ее хочу. Эту вредину в коротеньком платьице с золотыми волосами. Эту упрямую девчонку, которая столько вреда мне причинила. Ее хочу.

Понимаю ведь, что она моя. Уже моя. И все равно ломает. Такое состояние. Вроде, и ахуенно, что эта девочка моя, но в то же время и херово. Потому что страшно. Страшно. А чего, и сам не знаю.

Наверное, потому что понимаю, что не получится с ней как со всеми.

Не получится просто переспать и через время забыть.

И не из-за строгого папы. Нет. Я и сам бы до этого дошел. Позже, но дошел бы.

Надо было принять решение. Самому. Без давления и без нее.

Я честно пытался понять, почему все так? И не мог. Не мог. Это не поддавалось разумному объяснению. Впервые мои рассуждения натыкались на что-то непонятное. На обычное «хочу». Такое простое. И такое сильное.

А еще все усугубляло осознание того, что папа там уже подсуетился. Нашел «достойного». И ведь не будет медлить. В этом я был уверен.

Поэтому я принял решение.

Когда сегодня я, наконец, коснулся этих сладких губ, после стольких дней голода, я думал, у меня крышу снесет. И она ведь отвечала мне! Моя маленькая девочка тоже соскучилась. Я чувствовал это по дрожи ее тела и по тому, как она сладко открывала свой ротик для меня.

Я даже расслабился. Вот она – моя. В моих руках."

"И опять ошибся. Не бывает так с Анечкой. Не бывает.

Опять убежала.

Ну ладно, пусть думает, что выиграла и на этот раз. Захотел бы – сейчас бы уже стонала подо мной. Но пусть поиграется немного еще.

Тем слаще будет наказание. А оно будет, Анечка. Ох, будет.

Усмехнувшись ее ребячеству, еду домой. И опять как-то одиноко. Вот была бы здесь Анечка, и все было бы по-другому. Нужна она мне. Здесь нужна.

Осталось папу в этом убедить. С Аней и так все ясно.

«Анечка», - набираю короткое сообщение и жду. Как подросток жду ответа.

«Тигранчик» и несколько смайликов с улыбками приходит в ответ.

Черт. Маленькая стерва. Ведь знает, как завожусь от этого.

«Надеюсь, это последняя ночь, которую мы проводим не вместе. Ань, не могу без тебя. Правда».

Жду то же самое услышать в ответ.

Очень жду.

«А я думала, ты привык уже за ПЯТЬ ночей».

Язва.

И злюсь на нее, но и улыбаюсь одновременно.

«Клянусь отработать каждую ночь. Включи камеру?» - отвечаю я и устраиваюсь поудобнее в предвкушении увидеть голенькую Анечку.

Ну, хорошо, не голенькую, но в сексуальной пижамке.

Несколько секунд ожидания. Мелькание на экране.

Включает!

Вглядываюсь.

Да, блять.

На экране фотография Никиты Евгеньевича в парадной форме.

«Ань, что это?» - пишу раздраженно.

«Снотворное. Чтобы спалось лучше и спокойнее.