Но оказалось, что они живут в совершенно другом мире, отличном от моего. До которого мне точно никогда не дотянуться.

— Привет! — раздалось у меня за плечом. От одного слова меня бросило в дрожь, будто холодной водой окатили. Это был голос Доры.

— Вот, решила зайти. Можно?

— Ну, наверное. Любому можно. Клиенты обычно не спрашивают, можно ли им зайти. Ну только если в известных ресторанах по записи пропускают. Хотя у меня тут, сама видишь, не то чтобы очень популярное заведение.

Уже закрыв рот, я понял, что только что сморозил глупость — признался, что у меня захудалая лавчонка, в которую никто не ходит. Но Дора лишь расхохоталась — и как будто сотни маленьких льдинок рассыпались по полу. Еще улыбаясь уголками рта, она начала рассеянно листать страницы.

— А что у тебя книги повсюду валяются? Только недавно открылись, еще не все разобрал?

— Нет, наоборот, начинаю подготовку к закрытию. Хотя «начинать» и «закрываться» как-то не очень по смыслу друг с другом сочетаются.

— Жаль. А я вот постоянным клиентом хотела стать.

Поначалу Дора говорила мало, но зато у нее было много всяких разных фишек. Например, закончив фразу, она надувала щеки и выдыхала с громким «пуф-ф-ф». Еще она любила постукивать носком кроссовка по полу, всегда три раза — тук-тук-тук.

Как-то раз, улучив момент, она решилась задать тот же вопрос, что и Гон до нее:

— Это правда, что ты никаких чувств не испытываешь?

— Не совсем. Но если смотреть с точки зрения общепринятых стандартов, то да, пожалуй.

— Прикольно. А я думала, таких только в программах показывают, когда деньги на благотворительность надонатить хотят. Ой, извини, я не хотела тебя обидеть.

— Да ладно, неважно.

Дора задержала дыхание, потом коротко вздохнула.

— Помнишь, ты спросил меня, зачем я бегаю? Я тогда разозлилась, вот поэтому и пришла извиниться. Вообще-то ты первый, кто меня об этом спросил. Ну, кроме родителей, конечно. Я тоже хотела о тебе кое-что узнать. Так, чисто из любопытства. Ты сам кем хочешь стать, когда вырастешь?

Я некоторое время молчал, обдумывая ответ. Насколько помню, мне тоже этот вопрос раньше никто не задавал. Поэтому решил ответить как есть:

— Не знаю. Меня раньше об этом никто не спрашивал.

— А что, обязательно спрашивать должны? Сам-то что думаешь?

— Сложно сказать, — замялся я.

Она не стала на меня давить — наоборот, вместо этого нашла между нами что-то общее:

— У меня похожая ситуация. Такое ощущение, что все мечты куда-то испарились. Думала про легкую атлетику, но родители против. Такое вот грустное сходство…

Дора снова начала приседать и растягиваться. Казалось, что от постоянного желания бегать у нее начинается зуд, который не дает ей спокойно стоять на месте. От активных движений ее школьная юбка немного задралась.