И, зная этого парня, я была почти уверена, что знахарка ими воспользуется."

"Гаспар, или Гастон, как его называла лично я за удивительное сходство с персонажем диснеевского мультика, был французом. Причем в худшем смысле этого слова: эдаким придурочным французским отродьем. Под два метра ростом, с косой саженью в плечах, он был просто образцом альфа-самца. В племени неандертальцев все самочки были бы его: длинная косматая шевелюра, квадратный подбородок и злобные глаза сделали бы его неотразимым. Дядюшка Дарвин, кстати, тоже был бы в восторге. Одного взгляда на «Гастона» хватало, чтобы поверить в теорию эволюции: вот же оно, потерянное звено между обезьяной и человеком!

Как мама могла всерьез считать его претендентом на мою руку?!

Дело в том, что у нас, у ведьм, сила передается по материнской линии.

Если отец – обычный человек, а мать – чародейка, дети почти наверняка будут обладать ее даром. Но вот если наоборот – все куда печальнее. Мужчина-колдун не может позволить себе брак с обычной женщиной – его магия не достанется детям. Зато от слияния двух чародеев всегда получаются очень сильные волшебники. Неудивительно, что такие, как моя мама, считают вопрос брака очень серьезным. Хотя, быть может, им просто нравится составлять списки кандидатов в супруги для своих недовольных дочерей. Меня вот целым десятком наградили. А как же! Такая почтенная древняя семья! Не то чтобы я действительно должна была сделать выбор из этой братии или в какой-то момент выйти замуж за «того самого». Просто это были кандидаты, которых матушка заранее одобряла. Человек пять из списка я и видела-то всего пару раз в жизни и, честно говоря, очень надеялась больше никогда не увидеть. Да и где нам пересекаться? На шабаши я не летаю, в групповых церемониях не участвую. Разве что вот так, в лесу случайно встретиться?

Надо будет, кстати, маме по возвращении сказать большое человеческое спасибо! От души поблагодарить. Если бы не ее дурацкое желание следовать традициям, может, Гаспар и обошел бы стороной нашу стоянку. К сожалению, сейчас об этом можно было только мечтать.

– Ладно, путник, – вежливо, стараясь не слишком откровенно хмуриться, кивнула я.

 – Идем с нами, гостем будешь. А утром я представлю тебя своей новой семье.

И очень надеюсь, что эта любезность не вылезет мне боком…

Разумеется, тем утром мы уже не ложились. Полина разожгла костер, я отправила Гаспара за водой и приготовила некое подобие овощного супа из полуфабрикатов, захваченных Егором из дома. Потом мы втроем уселись вокруг огня, разобрали тарелки с едой и надолго замолчали. Есть не хотелось, но чем еще заниматься в такой «дружеской» обстановке – придумать не смогли.