Здравствуйте, горы! Мы почти добрались…

– Ненавижу «икарусы», – прошипел Богдан, случайно ударяясь головой о поручень.

– Ты в них ездишь раз в пятилетку, – усмехнулся Егор, но за сиденье (ручка в автобусе была одна, сломанная, да и та – четко над головой у Богдана) при этом ухватившись так, что оно трещало.

– Потому что я их ненавижу!

Ну где-то я брата понимала: «икарус» с такой скоростью мчался по бездорожью, словно надеялся взлететь, оттолкнувшись от особо крупной кочки. Увы, птица, конечно, могла поймать верную траекторию, но ласточку из пингвина не сделает даже трамплин.

Жаль, что водитель думал иначе. Тихонько напевая «Пусть всегда будет небо!», этот камикадзе несся вперед, выжимая из бедной таратайки все до последнего вздоха.

– У тебя случайно родственники в этих краях не терялись? – воскликнула, косясь на невозмутимого Алекса. С такой же прытью он на своем мотоцикле носился по городу. Меня в ответ окатили волной презрения, в которой при желании можно было утопиться. Я совсем по-детски показала язык.

– Не советую рисковать, – мрачно буркнул братец. – Прикусишь.

– Мой язык! – буркнула в ответ я.

 – Захочу, вообще откушу.

– Вот бы дождаться!

К счастью, долго мучиться нам не пришлось: ехали всего с полчаса. Этого оказалось достаточно, чтобы перекрасить попы в ровный синюшный цвет, но слишком мало, чтобы травмировать их окончательно. «Икарус» кашлянул в последний раз и остановился в центре небольшой деревеньки: штук на сорок аккуратных домиков, с двухэтажным магазином и полуразвалившимся клубом на «главной» площади. Как ни странно, клуб до сих пор функционировал. Уж не знаю, какие экстремалы отваживались плясать на гнилых досках – может, они так к соревнованиям по паркуру готовились, но на двери висело совсем новенькое расписание: в семь – кино, затем танцы.

Поля вытащила ручку, воровато оглянулась и дописала:

«В десять – экскурсия в травмпункт».

Сейчас, рано утром, здание клуба было закрыто: большой висячий замок на двери не позволял в этом усомниться, и мы пристроились под навесом у входа, чтобы сменить обувь, спрятать в рюкзаки воду и милый моему сердцу топор. Минут на десять все оказались заняты своими делами, сосредоточенно готовясь к долгому переходу.

Ну или почти все.

Богдан смотрел на нас с легким недоумением и нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Первым на него обратил внимание Егор:

– Тебе что, в кусты припекло?

– Нет, – обиженно нахмурился наш домашний эстет. – Просто я не понимаю, что мы здесь делаем."

"– Ладно, – выпрямился старший брат. Мы любознательно подняли головы. – Тогда позволь встречный вопрос: на тебе сейчас туфли от Gucci?

– Prada, а что?

– А, – саркастично протянул старший брат. – Ну раз Prada, то, наверное, ничего.