– Говорю, хорошо, что ее величество выбралось из душа сегодня!

– Да я всего… минут десять… – промямлила ведьма, пытаясь одновременно выглядеть виноватой и разглядеть циферблат наручных часов, оставленных на столе. Полагаю, чтобы тут же и повозмущаться, если окажется, что действительно прошло не так много времени. Я вздохнул:

– Ладно уж. Собирайся в темпе. Выходим через десять минут. – Подумал и добавил: – И еще мне не нравятся твои ботинки.

Она склонила голову набок:

– И в чем же они провинились?

– Нам придется переходить реку вброд.

– В ботинках? – уточнила Ева. Я кивнул. – Осенью? Переходить? Не перелетать? Вброд?

– И твой спальник мне тоже не нравится! – добавил, скрещивая руки на груди.

Она нахмурилась, окинула меня напряженным взглядом и вдруг улыбнулась:

– Да я уже поняла, что ты успел поругаться со всеми моими вещами, пока меня не было. Не переживай. Я им передам, чтобы они больше тебя не обижали.

– Чего?! – мрачно переспросил я.

И тут она ступила ближе и сделала то, чего я ну никак от нее не ожидал.

Она с нежностью провела ладонью по моему плечу и коснулась пальчиками щеки, заставляя опустить лицо.

– Не волнуйся, – прошептала едва слышно. – Мы с Полиной бывали в местах и пострашнее. Я не буду обузой и не отстану.

Ничего лучше в голову не пришло, как улыбнуться в ответ. Ни фига она меня, правда, не убедила. Но уже то, что предстоящее путешествие не казалось ей легкой прогулкой по туристическим тропам, дарило надежду. Может, Ева действительно права, и мне стоило перестать цепляться к каждой мелочи?

А может, и нет…

– Ева, что это за веревка? – выхватил связку из ее рюкзака.

 – Где диагональное переплетение оплетки? Где дополнительное тефлоновое покрытие?! Ты думаешь, мы в поход собрались?!

– Да-да, Шурик, – хихикнула она, обернувшись через плечо. – Я тебя тоже очень люблю.

И вот на этой фразе я, кажется, и онемел…

Ева Моргалис

Никогда бы не подумала, что Алекс может быть такой занудой. Я пятнадцать минут одевалась – за это время он умудрился дважды вынести мне мозг.

Не спрашивайте, как такое возможно, но ему это отлично удалось. Четверти часа не прошло, а мне уже хотелось либо отрезать уши себе, либо отчекрыжить башню кому-то другому. Наверное, что-то такое проступило у меня на лице, потому что Алекс сцепил зубы, прекратил свои придирки и удрал на reception, выписывать нас из номера.

– Хоть что-то полезное сделает, – проворчала я ему вслед.

Нет, не поймите меня превратно.