– Возможно, я все же встречала ее в обществе, просто не знала имени.

Джулиан вздохнул и, не отрывая взгляда от потолка, произнес:

– Она привлекательная блондинка.

– Привлекательная или красивая? – уточнила Дафна, в голосе которой послышались веселые нотки.

Божественная.

– Весьма привлекательная.

– А ее подруга? Как бишь ее зовут… Леди Уортинг?

– У нее темные волосы и очень необычные глаза. – Джулиан поднялся с кресла. – Пожалуй, я тоже пойду к себе. Мне нужно написать несколько писем. Спокойной ночи, Дафна.

– Что же в них такого необычного? – спросила Дафна у направляющегося к двери Джулиана.

– Что ты имеешь в виду? – Джулиан непонимающе сдвинул брови.

– Я говорю о глазах леди Уортинг.

– А… Один зеленый, а другой – голубой. – Джулиан взялся за ручку двери.

– В самом деле? – Вопрос Дафны прозвучал столь резко, что он развернулся.

– Да. А что? – Джулиан прищурился и с подозрением посмотрел на сестру.

Дафна поджала губы.

– Ты говоришь, вечеринка состоится в Суррее?

– Да.

– Хм. Возможно, я все же знаю эту самую леди Уортинг.

Глава 7

Касс надела платье цвета лаванды, которое ей сшили на двадцать третий день рождения, попросила служанку уложить волосы на затылке в витиеватый узел и немного пощипала щеки, чтобы придать им румянца. Тогда, в доме Пенелопы, она оказалась совсем не готова к встрече с Джулианом, но сегодня постаралась выглядеть наилучшим образом. Кассандра решила больше не думать о безумности затеи Люси, коль скоро принимает в ней участие. Сейчас значение имело лишь то, что в течение нескольких дней она будет рядом с Джулианом – танцевать с ним, смеяться и разговаривать, забыв ненадолго о том, что он предназначен другой женщине.

Кассандра непременно расскажет ему правду, как только представится такая возможность. Только вот не узнает ли ее Джулиан прежде, чем это произойдет? Что, если ее выдаст голос или манера разговаривать? Что, если он узнает в новой знакомой подругу, с которой состоял в переписке на протяжении многих лет? Он наверняка догадается. Может ли быть иначе? Но когда Касс одолевали сомнения, она смотрела на излучающую уверенность Люси. Эта уверенность окутывала Кассандру подобно плащу, который она так отчаянно хотела бы купить или позаимствовать."

"Она сошла с ума, раз согласилась изображать Пэйшенс, и ничего хорошего из этого не выйдет. Люси надеялась, что Джулиан влюбится в Касс и отвергнет Пенелопу. Но Касс уже наперед знала, что подобного никогда не случится. Не может случиться. Джулиан, исполненный благородства мужчина, которого она узнала и полюбила, никогда не бросит свою суженую ради другой женщины. Он никогда не поступит столь бессердечно и подло. А еще в отдаленном будущем Касс ждал день разоблачения и расплаты, и мысль об этом омрачала ее счастье.