Туда, где на этом самом ковре, похожие на большие куклы, обведенные мерцающими линиями и с алеющими в воздухе незнакомыми магическими символами, лежали в странном порядке четыре девушки."

"Три из них были одеты в белоснежные нижние сорочки – поморгав, я разглядела Клариссу Свиткок и Летти, горничную графини. Темноволосая худенькая девушка оказалась мне незнакома, но от стресса я тут же вспомнила, как ее зовут.

Висенна Айдо - без сомнения, это была она.

Четвертую, лежавшую в центре круга, в черном облегающем платье, я тоже прекрасно знала. Эстель Маларос этим вечером не собиралась оставлять соперницам ни единого шанса превзойти ее в красоте, но вместо этого угодила в логово сумасшедшего мага и оказалась участницей дьявольского ритуала.

То, что это был ритуал, у меня тоже не было сомнений – об этом говорили мерцающие в воздухе символы, от которых фонило непонятной магией, и зажженные повсюду свечи в плошках.

Некоторые из них оказались перевернуты, добавив огня к тому, что успел заняться в ходе битвы. Уже полыхало трюмо, и огонь расползался по стенам, вгрызаясь в обои и деревянные декоративные панели. Горел один бок кровати, и следующим на очереди было сваленное в ком постельное белья.

К тому же, пламя подбиралось по ковру к девушке с темными волосами.

Выходило, этот пожар тушить придется мне, потому что Райана и Петрама в спальне не оказалось. Судя до долетавшим из-за закрытой двери звукам, маги переместились в соседнюю комнату, предназначенную для личного камердинера или горничной хозяина каюты.

Как раз в такой ночевала Летти. Теперь же я смотрела на горничную полными ужаса глазами, потому что девушка не шевелилась. Ни одна из четырех не подавала ни малейших признаков жизни!..

Запретив себе думать о плохом, я сбросила с руки Водное заклинание, решив погасить подбиравшиеся к девушкам языки пламени на ковре. Затем подбежала, опустилась на колени возле темноволосой Висенны, которая оказалась ближе всего к двери.

Девушка не дышала.

Сколько бы я ни таращила на нее глаза, грудная клетка так и не шелохнулась, поэтому я в полнейшем ужасе принялась щупать ее запястье. Уговаривала себя успокоиться, понимая, что иначе чужой пульс мне не услышать, ведь собственное сердце колотилось так, что отдавалось в уши.

Но успокоиться не получалось, потому что пульса у Висенны не было, сколько бы я ни щупала.

С другой стороны, ее рука была теплой, но при этом словно окаменелой. К тому же, от девушки шли сильнейшие магические вибрации, которые я затруднялась классифицировать.

Отогнав от себя ужасную мысль, что держу за руку мертвеца, я засопела, пытаясь вспомнить. Что-то мне это напоминало!

Висенна не дышала, но при этом ее рука оставалась теплой, а на щеках играл румянец.