Если боги считают дитя достойным, вспыхивает свет и становятся видны символы на ее поверхности.

– Значит, в тебе течет кровь Великих, – голос Корн звенел от напряжения. – А если быть точнее, кровь вадеров.

– Если верить нашим ритуалам, – я слабо улыбнулась. – Что касается языка Великих, то ему обучают будущих жрецов и жриц. И мать втайне тоже меня научила. Хотя и сказала, что я должна держать это в тайне. Не знаю, почему она это сделала. Может, пыталась таким образом оправдаться передо мной за то, что сама решила мою судьбу. Отказалась от того, чтобы я училась при храме и в будущем могла стать жрицей.

– Значит, тарины из поколения в поколение передавали язык вадеров, – взволнованно воскликнул Майкл. – Просто невероятно! Ведь прошло уже почти десять тысяч лет.

– Мои соплеменники бережно относятся к традициям, – проговорила я и с горечью добавила: – Как видите, даже роль женщины в обществе осталась такой же, как и в старые времена.

– Теперь вы гражданка Новой Земли, – напомнил Корн. – И варварские законы таринов на вас больше не распространяются.

Я только кивнула, а потом, чтобы сменить тему, спросила:

– Вы говорили, что возникли какие-то проблемы с тем артефактом, который вы назвали ключом.

– Теперь, когда вы рассказали о ритуале таринских жрецов, есть у меня одна догадка, – улыбнулся Корн.

Он поднялся с места и двинулся к сейфу, замаскированному в стене. Если бы прямо при мне Майкл не стал его открывать, ни за что бы не догадалась, что он там есть. Замерев, следила за движениями мужчины, а сердце сжималось от странного предчувствия, которое не могла объяснить. Корн извлек из сейфа тот самый цилиндр с треугольными краями и вновь приблизился ко мне.

Протянул, выжидающе глядя на меня. Я неуверенно взяла в руки артефакт, чувствуя, как невольно задрожали пальцы. Даже представить было трудно, что этот предмет сделан теми, кого я привыкла считать богами.

– Что я должна делать? – спросила, оглядывая испещренную символами поверхность. Ни в какие внятные слова или фразы они не складывались. Просто набор букв. Если Корн рассчитывал, что я смогу перевести это, то сильно ошибался. Что я и не замедлила озвучить, задумчиво проводя пальцами по высеченным на черном золоте символам.

– Тут нет какого-то определенного текста.

– Знаю, – кивнул Корн. – Мои люди, которые изучали артефакт, сказали то же самое. И пусть по форме ключ вполне подходит к ранее найденным другим предметам, он их не активируют. Полагаю, мы не учитываем какой-то важный фактор. Чтобы подтвердить мои подозрения, я попрошу вас кое о чем, Таниэль.

– О чем же? – я в ожидании вскинула голову.

– Попробуйте окропить этот предмет вашей кровью. Так, как это делают жрецы в таринских храмах.