У него сломаны ребра, сотрясение мозга и множество поверхностных ранений. Но не это самое страшное… — он все рассказывает это не мне, а папе вышедшему из машины в след за мной и стоящему позади. Его водитель учтиво держал над нами зонт. Я даже не заметила, как они вышли. Кончики пальцев были холодными и синими от переживаний. — Он накачан серьезными седативными препаратами. Такой дозой можно убить мамонта…

— И… — отец кладёт руку мне на плечо, не давая податься вперёд и убежать в больницу. Меня лихорадит.

— Мы ввели его в искусственную кому, выводим препарат. С ним пока нельзя будет поговорить.

Завтра-послезавтра.

— Выводи сейчас. — командует отец и просто поворачивается в сторону больницы. Меня восхищает его умение управлять людьми.

— Если мы запустим его организм обратно, то препараты начнут очень быстро всасываться в кровь и разрушать его органы. Принимая во внимание, что недавно ему пересаживали костный мозг — это серьезная угроза для его жизни. — у меня во рту пересыхает. Это все очень серьезно.

— Ал, выводи!

— Нет. — останавливаю отца, хватая его за рукав и почти отрывая пуговицу. Нельзя навредить ему.

 — Нужно подождать. Мы не можем рисковать его жизнью.

— У нас нет времени. — строго говорит отец мне, бросая взгляд на маму. — Это может быть не Макс, а значит в эту самую минуту, где-то наш Макс может умирать. Это не риск?

Его голос отрезвляет меня, выпускаю его рук и просто киваю. В таком разрезе я не думала об этом.

— Лука! — нашу процессию останавливает взволнованный Левон с телефоном в руках. Австралиец не так бодр и улыбчив, как обычно. — Еще один Макс нашёлся, раненый и слабый, но живой. Парни везут его сюда. Они немного шокированы таким поворотом… Не могут понять, почему его … два…

— Тогда ждём второго.

 — говорю я, набирая побольше воздуха в легкие. Задыхаюсь от волнения. Скоро здесь будет два Макса, нужно только понять, кто из этих двоих кто. — С ним и разберёмся.

Судя по всему отец со мной соглашается, потому что мы просто проходим в кабинет дяди Алана и ждём, когда привезут Макса. Второго макса. Нашего или Хозяина. Мне так и не понятно, почему его прозвали именно так.

— Когда он приедет, положите в его палату, как будто ничего не происходит. Организуйте суету и переживания, чтобы все было красиво, правдоподобно.

Персонал не должен ничего знать. Потом к нему пойдёт Алёна, чтобы проверить, он это или нет. Мы будем просто ждать. — он грозно сидит в кожаном кресле, задумчиво рассматривая невидимую точку.

— Это слишком опасно, Лука. Я не пущу ее. — у мамы не менее грозный вид, она элегантно садится напротив него, закидываю ногу на ногу.

— Из нас никто не сможет их отличить. Он мастерски подготовился. Уверен, что оттачивал схожесть долгие годы. Мы их и раньше не отличали.