Ступая по бетонным ступеням, выщербленным, сбитым, затем по коридору — сбойка от нижней станции к верхней, Иван не мог избавиться от мысли, что все кончено. Мирная золотая пора миновала. Раньше семейное тушеночно-консервное будущее представлялось Ивану скучным до изжоги — мне-то оно зачем? Но теперь, когда беда встала перед носом — очень захотелось обратно. И чтобы опять впереди маячила долгая скучная жизнь…

За следующим поворотом оказалась гермодверь, часовой с помповым дробовиком выпрямился. Увидев Кмицица, выпрямился еще сильнее (хотя и так был как струна) и резко бросил ладонь к виску.

— Вольно, — сказал Кмициц.

Иван посмотрел на серое одеяние «адмиральца» и промолчал. Интересные у них тут порядки.

— Как доехали? — к ним шел комендант Адмиралтейской, видимо, вызванный тем же часовым.

— Гречников, Трофим Петрович, — представился комендант, словно его кто-то не знал. — Представляете, ваши припасы еще не готовы! Что может быть хуже бардака на войне?

Пожали руки. Иван посмотрел в лицо Гречникова и подумал, что видит перед собой несчастного человека. Василеостровцы в общем-то, тоже не блистали жизнерадостностью, но там было понятно, у людей генератор спиздили. А у этого-то что?

— Кто у вас за главного? — спросил Гречников.

— Я главный, — сказал Иван. Уточнил. — По разведке. А совсем главный… вот он. — кивком показал на Олега Кулагина.

Формально старшим все равно оставался Кулагин, но боевыми операциями командовать будет Иван — это было оговорено заранее…

Комендант кивнул.

Василеостровцы, и это было частью тайного соглашения, отправили на войну почти всех мужчин. Призывной возраст, тоскливо шутил Постышев, глядя на сборы. Четырнадцать-пятнадцать — это уже не дети. Это стратегический резерв станции.

— Добро пожаловать на Адмиралтейскую! — сказал Гречников.

Четыре человека. Скромная толпа встречающих. Визиты к соседям обычно напоминали праздники — гуляют все. И подарки, выпивка и общее застолье и танцы. Но какие сейчас танцы?

Иван огляделся.

— Пожрать у вас где можно?

Гречников отмахнулся.

— Накормим. Не беспокойтесь. Пока располагайте людей на отдых, я распоряжусь…

* * *Адмиралтейская поражала воображение. Иван думал, что уже привык — не раз ведь здесь бывал, но оказалось, что — не совсем. Все равно поразился, словно впервые приехал.

Во-первых, станция длиннее, чем Василеостровская, примерно метров на пятьдесят. Во-вторых — пилонная, а не горизонтальный лифт. То есть, вместо проемов в стенах и железных дверей — высокие открытые арки. И это сразу вызывало ощущение невероятной легкости, пространства и широты.

Высокая и светлая, отделана золотистым мрамором. Колонны из черного мрамора вдоль центральной платформы, светильники за карнизом, позолота.