Есть запасы карбида и сухого спирта дли ламп и готовки еды — правда, думаю, за время войны с Восстанием эти запасы несколько уменьшились… Что еще? Питьевая вода в баках — есть. Основная проблема, как понимаю: свет. Аккумуляторов хватит от силы на неделю. А без электрического освещения погибнут общинные плантации. Уменьшение рациона. Анемия. Болезни. Цинга. Сложная, в общем, ситуация.

— Да уж, — Уберфюрер почесал затылок. Миша сидел потерянный.

Таня, подумал Иван.

Таня.

Я все испортил.

— Черт! — Иван мотанул головой, прошелся по комнате туда и обратно. Перед ним расступались.

Развернувшись, со всей дури хлопнул ладонью по столу. Ай! Кости обожгло. Боль была яркая и жестокая, она провентилировала голову, словно мощным воздушным потоком. Иван остановился. Сел на койку. Так, криками горю не поможешь. Думай.

— Иван!

— Ничего, — буркнул он. — Ничего. Все в порядке.

Он лег на койку лицом к стене. Думай, Иван. Думай. Василеостровской нужен свет.

Где взять электричество?

Где, мать вашу за ногу, мне взять электричество?!

Чтобы сэкономить патроны, они теперь снимали койки в дешевой гостинице на Садовой.

Комнат как таковых здесь не было, спальные места отделялись друг от друга плотными занавесками грязно-бежевого цвета. И, что интересно, занавески иногда даже стирали. Иван лежал на койке и изучал фактуру ткани. Ниточку за ниточкой, каждое переплетение. И так час за часом. Вставал редко, только по нужде или попить воды.

Почти ничего не ел. Друзья пытались его расшевелить, но, натолкнувшись на глухую стену молчания, решили подождать.

«Ты избегаешь своей судьбы». Лахезис.

«Когда ты пойдешь туда… а ты все равно пойдешь». Энигма.

Прошел день. Другой.

На третий день Иван вышел к завтраку чисто выбритым и аккуратно одетым. Уберфюрер и Миша посмотрели на него с удивлением. Водяник даже чаем поперхнулся.

— Вы что-то задумали, Ваня? — спросил профессор, откашлявшись. Иван кивнул. Может, это дохлый шанс. Может, вообще никакой… Но это шанс.

— Есть хочу, — сказал он. — Кстати, Проф, — Иван подгреб к себе тарелку и зачерпнул ложкой суп. — А скажите-ка мне: что вы знаете про атомные станции?

Часть III

Радиоактивный блюз"

"С пятницы лабаю этот блюз

То держусь то сука снова нажрусь

Сколько лет я бьюсь и бьюсь об эти стены головой -

Они все уже солёные на вкус

И каждый бармен сука знает секрет

Только выйдешь блин опять трех дней, нет

Почему ж я Чебурашка, почему не дартаньяп

И зачем мне этот чертов кастет?

Fumblin' with the blues, Tom Waits (вольный перевод Д.

Сергеева)Глава 15

Техноложка

На последнем берегу. Волна смывает песок, убегает в пене. С легким плеском снова набегает. В песке, наполовину закопанная, торчит противогазная маска с хоботом, уходящим в песок.