Тебе холодно, – температура тела у волков всегда была выше, чем у обычных людей из-за ускоренного обмена веществ.

Не обращая внимания на его руку, Алек положил ладонь Лиаму на грудь и надавил. Почти как прошлой ночью, но вместо того, чтобы оттолкнуть его обеими руками, Алек уперся в грудь Лиама, заставляя того отступать. Это противоречило всем инстинктам волка. Он был альфой, а значит, главным во всем, но нужно было позволить Алеку хоть немного побыть ведущим, иначе больше им постели не видать.

Когда ноги Лиама наткнулись на край дивана, он сел, а Алек навис над ним. И снова все не так. Лиаму всегда удавалось находить себе партнеров, которые в точности исполняли все, что он прикажет. Но Алек, похоже, подчиняться не желал.

Наоборот, он сжал плечи Лиама – Лиам сидел неподвижно, сдерживаясь, чтобы не схватить его и не затащить на диван. Рот Алека завладел его губами. В действиях человека не чувствовалось нерешительности, но несмотря на все благие намерения, Лиам все-таки перехватил инициативу, обхватив лицо Алека ладонями, врываясь языком глубоко в его рот.

Алек прервал поцелуй, Лиам опустил руки, и они, тяжело дыша, уставились друг на друга.

- Дерьмо, - выругался Алек.

- А мне понравилось.

- Когда последний раз тебе вгоняли член в задницу, Лиам?

Лиам отвел взгляд. Алек запустил пальцы ему в волосы, сжал и потянул, заставляя его посмотреть себе в глаза.

Успокойся. Дыши ровно, тише. Он не мог позволить Алеку узнать, как для него неправильно, когда кто-то заставляет его смотреть себе в глаза, словно бросая вызов. Но Алек может совсем перестать к нему прикасаться, а это было бы хуже.

- Десять лет назад, - признался Лиам, глядя прямо в темные, глубокие глаза, которые словно видели его насквозь. – Мне это не понравилось."

"Алек оперся на кровать, одно колено поставив между ног Лиама, другое – у его бедра, и Лиам слегка расслабился теперь, когда Алек больше не нависал над ним.

- Сколько тебе лет? – Алек обнял его, точно пытаясь утешить, и стал целовать плечи и шею.

Лиам вздохнул.

- Двадцать четыре, но это… все было не так, как ты подумал. Не так, – он не мог объяснить, по каким законам в то время жила стая. Он хотел этого; просто ему не понравилось. Так что это - совсем другое.

Отстранившись, Алек обвел большим пальцем его рот. Тот опыт пришелся ему не по душе. Ему и раньше говорили, что он чересчур любит все контролировать, но он никогда не воспринимал это серьезно. Просто он был альфой. Но Алек этого не знал - не мог знать. Альфы в четверке были настоящими подонками, к счастью, подонками гетеросексуальными, и, скорее всего, Алек не интересовал их как сексуальный объект – но они с легкостью подчинили бы его себе, как любили поступать со всеми своими жертвами.