Но дольше всего мой взгляд задержался на так же обитых кожей небольших подставках с углублениями, установленных параллельно друг другу.

Я прекрасно знала реальное назначение этого предмета. В век магических технологий много чего можно было знать, в жизни не сталкиваясь с этим.

Сглотнув, перевела недоуменный взгляд на притихших мужчин.

— Акушерское кресло? Серьезно? Зачем оно здесь? Можно поинтересоваться, что с его помощью собрались делать великие князья?

Вадэмиан приглушенно хмыкнул, и прислонившись к стене, с задумчивым любопытством смотрел на меня, не торопясь отвечать.

Анхель же удивленно вздернул брови, непонимающе посмотрел на близнеца.

— Ты не дал ей настойку?

Я обескураженно моргнула, не понимая, при чем тут настойка, но, сжав губы, промолчала, дожидаясь ответа Вадэмиана.

— Как раз-таки дал. И более того, она выпила все до капли на моих глазах.

— Да? — перевел на меня взгляд Анхель, цепко осматривая с ног до головы. Словно неведомую зверушку в парке диких зверей.

Это сравнение мне не понравилось. От слова совсем.

Сложив руки под грудью, постаралась не обращать внимания на то, как к этой области прикипел лазурно-зеленоватый взгляд, спросила:

— Что-то не так?

Его Светлость Вадэмиан, оттолкнувшись от стены, мягкими, почти неслышными шагами подошел ко мне и, обойдя по кругу, зачем-то прикоснулся кончиками пальцев к спине.

«Великие, почему от этих невинных прикосновений так странно и волнительно? Почему на меня эти мужчины так действуют?»

Да кто бы мне ответил.

Дракон остановился напротив моего, судя по припеканию в щеках, явно покрасневшего лица, склоняя голову набок."

"— Все не так, Лорелея.

— Я и сейчас не должна была ничего спрашивать или говорить, верно?

Вадэмиан уверенно кивнул. А его брат подошел ближе, с не меньшим интересом этакого исследователя заглядывая в лицо.

Я уже догадывалась, что с самого начала, стоило мне только войти в первые комнаты и предстать перед очами одного из драконов, задать вопросы и получить на них ответы, уже пошло что-то не так.

Не по сценарию.

Мысленно усмехнулась.

Только по этой причине не удержалась от, казалось, возмутительной просьбы, преимущественно обращаясь к Вадэмиану по понятным причинам:

— Объясните, ваши Светлости?

Ответил, к моему легкому удивлению, Анхель.

— Понимаешь, Цветочек, после даже одного глотка «забвения» ты должна была временно превратиться в этакую послушную марионетку, дожидающуюся прямых приказов.

— Анхель! — закатил свои пленительные глаза Вадэмиан, сокрушенно покачав головой.

— Что? — невинно хлопнул длинными черными ресницами близнец, улыбнувшись.

Мне казалось, что краснеть больше уже некуда. Видно, я ошибалась, чувствуя, как горят мочки ушей.