— Как я понимаю, скоро Конюков придет в Дом кино. Кстати, откуда сведения?

— От того же Беса.

— Поехали.

Корнеев заглянул в соседнюю комнату. За столом следователь майор Евтеев допрашивал Ларису Петровну.

— Евтеев, мы тут по делам сгоняем.

— Погоди-ка, Корнеев, я план опермероприятий набросал…

— Слава, ты его отдай ребятам, я его в оперативнорозыскное подошью.

— Запомни, Корнеев, руководство сказало, что разработку по этому делу ведешь ты.

— Так я и не отказываюсь.

— Тогда езжай.

— Ну спасибо, начальник.

— Ты, Леша, поезжай помедленнее, — сказал Корнеев шоферу, — погодка видишь какая.

— Погода как погода, — недовольно ответил Леша.

Он, как большинство водителей оперативных машин, обожал стремительный бросок по узким улочкам, кваканье спецсигнала, прерывистое мерцание фар.

— Хорошо бы сейчас поехать в Сокольники, в ’’Сирень”. Попить пива, — мечтательно сказал Логунов.

— Знаешь, что такое счастье, Боря?

— Ну?

— Не видеть несбыточных снов.

— Очень остроумно.

— Нехорошо говоришь с начальником.

Логунов хотел ответить что-то веселое, но машина остановилась.

— Вот и Дом кино.

Они прошли мимо вахтерши, симпатичной дамы, читающей ’Новый мир”, поднялись по лесенке у гардероба и вышли в узкий длинный коридор. Потом спустились вниз.

Игорь раньше никогда не бывал здесь. Он шел через тишину закрытого престижного дома, и странное чувство покоя охватывало его.

На стеклянных дверях кафе висела бумажка, сообщающая, что оно откроется в 11.30."

"Игорь огляделся, в противоположной стороне за стеклянными дверями горел свет.

— А там что? — спросил Корнеев.

— Биллиардная, — Логунов подошел и толкнул дверь.

В зале с тремя биллиардными столами в самом углу стоял шахматный столик. За ним играли двое. Один из шахматистов обернулся, увидел Логунова и медленно встал.

Был он не по-утреннему наряден. Темно-синий костюм ”тройка”, белая рубашка, красивый галстук. Из кармана пиджака торчал кончик белоснежного платка. Но главное было не это. Лацкан пиджака украшал массивный серебряный знак.

Игорь присмотрелся. Где-то он видел это затейливое переплетение серебряных вензелей, букв, корон.

— Привет, Виктор, — Логунов дружелюбно протянул руку.

Конюков пожал ее с неким чувством превосходства. Он понимал, что эти двое из ”сыскного” приехали к нему явно с какой-то просьбой.

— Познакомься с моим коллегой. — Логунов кивнул на Корнеева.

— А я его знаю. Вы Корнеев. Точно.

— Да, — удивился Игорь. — А откуда вы меня знаете?

— Конечно, очень смешно, но мы учились с вами в одной школе. Только вы были старше меня на два класса. Вот поэтому вы меня и не помните. Мы всегда помним только тех, кто учился старше нас. Таков психологический феномен восприятия.