Удивительная странность, которую я заметила, когда ластилась к идеальной фигуре манаукца, на ней я не обнаружила ни одного шрама: ни старого, ни нового, вообще никакого. А вот на лице был и очень явный. Ещё одна тайна в копилку загадок этого напыщенного манаукца, которая так и манила разгадать её.

Вернувшись к работе, я приступила к прорисовке рельефов спины, вспоминая какая у него гладкая, приятная на ощупь кожа. Добавила теней, растирая графит подушечкой пальца. Когда шея затекла, рисунок уже был практически закончен. Размяла руками плечи, стала сгибать голову то в одну сторону, то в другую. Шея неприятно хрустнула, и я болезненно поморщилась, громко охнув. На сегодня остановлюсь на этом.

Придирчиво посмотрела, что у меня получилось, любовно провела вдоль нарисованного позвоночника и, не удержавшись, поцеловала. Вот, если бы не характер, ну просто мужчина — мечта. Отстранившись, аккуратно положила лист в альбом и прижала его к груди. Грустно вздохнув, пригрозила невидимому манаукцу:

— Напыщенный индюк, ты у меня ещё пожалеешь, что оставил меня неудовлетворенную в одиночестве.

Высказавшись, со спокойной душой убрала альбом под кровать, выключила ночник, устроилась удобнее на подушках, поправила одеяло.

— Сладких снов, — пожелала себе любимой и закрыла глаза.

***

В комнате начальника службы безопасности манаукцев стояла напряжённая тишина. Сам хозяин сидел в рабочем кабинете. Мужчина поставил локти на стол и сцепил руки в замок. Красные глаза всматривались в экран. Всё внимание его было сконцентрировано на рисунке, который в данный момент лежал на коленях девушки. Разобрать странный смысл разговора девушек они с Джохаром не могли. Опытный в этих вопросах друг никак не мог сгенерировать ключ к шифру. Такое впечатление, что это был обыденных разговор двух подруг. Если бы не упоминание унжирца. Но и это Викрам готов был списать на то, что землянки все без ума от представителей расы вольных мыслителей.

— Друг, я начинаю склоняться к тому, что она сумасшедшая, — подал новое предположение Джо, который тоже смотрел, что происходит в комнате девушек.

— Почему ты так решил, — глухо отозвался Вик, удивляясь тому, как поразительно искусно рисует его девушка. Опять его. Ни с кем не спутать, даже шрам нарисовала. Погладив свою метку позора, мужчина устало потер переносицу, отказываясь понимать, что творится в головке этой симпатичной землянки.

— Ты посмотри, как она гладит рисунок. Такое впечатление, будто она знает, что мы за ней следим, и ещё раз доказывает, что она преданна тебе. О, смотри, ещё и целует.

Вик подался вперед, и точно, на экране девушка прижала лист к губам, закрывая глаза.

— Зря стараешься, шпионка, — зловеще прошептал из динамиков Джо.