Такой же отчаянный, как их положение…

– Машег, туда!

Хузарин оскалился и одну за другой выпустил целых три стрелы. Только одна прошла мимо цели."

"Печенеги на тракте привычно рассыпались и, разумеется, потеряли темп. Но сзади уже поспевал четвертый отряд…

– Прорываемся! – закричал Духарев, выпустив еще две стрелы. Мимо!

Он резко свистнул, подзывая Пепла, перемахнул в седло боевого коня и выхватил меч.

Замыкающий Устах лупил клинком плашмя вьючных лошадей, гоня их вперед.

Машег, почти не целясь, одну за другой метал стрелы…

Печенеги (их оставалось человек восемь) кинулись в стороны, копыта жеребца ударили в утоптанный грунт тракта. Слева удирал печенег. На расстоянии нескольких метров – подпрыгивающая от скачки спина, железные бляшки на выгоревшей коже… Пепел наддал, сам. Серега привстал – взмах: меч свистнул, степняк пригнулся, но самый кончик клинка все же задел его шапку, разрубил ухо… Печенег завизжал… Духарев спиной уловил движение позади, пригнулся, припал к гриве коня, в точности как только что – печенег. Вовремя. Волосяная змея аркана прошла над головой, впустую хлестнула по тыльнику шлема. Еще один аркан взлетел над Элдой, но Машег успел сбить его правой рукой… И новая петля упала на него самого, захлестнув шею и левое плечо.

Печенег заорал и мгновенно осадил коня. Но Машег был не худшим наездником. Его конь тоже встал, и сплетенная из конского волоса змея тут же провисла, а подоспевший сзади Устах, крякнув, с хрустом вогнал клинок в печенегово плечо…

Сбоку выскочил степняк, кинулся наперерез Духареву, целясь ударить конем, как тараном. Пепел ловко развернулся, вскинулся на дыбы. Лошадь печенега шарахнулась, копыто жеребца въехало в грудь степняка, сбив в пыль и лошадь, и всадника…

Но темп был потерян. Варягов взяли в кольцо. Одна только Элда вырвалась и неслась теперь по свободному тракту.

Машег, скинувший петлю аркана, увидев подругу, уносящуюся прочь, радостно засмеялся, отправил лук за спину (колчан его был пуст) и взялся на гибкую саблю.

Глава тридцать восьмая

Охота по-печенежски. Финал

Трое варягов съехались вместе.

Несколько степняков метнули арканы. Пустой номер. Змеиные петли были обрублены с ленивой небрежностью.

Ах, какое это было утро! Свежее, ясное, прозрачное! Чистый голос жаворонка, нежные, почти прозрачные облака. Золото солнца в небе и на полированной стали, игра мышц под лоснящимися шкурами коней. Ах, какое это было утро!

– Ну что, братья, будем умирать? – весело спросил Устах.

Белые зубы блеснули под синими толстыми усами.

– Ага! – так же весело отозвался Машег и еще раз глянул на дорогу, где пылила, уменьшаясь, одинокая всадница.

– Будем! – подтвердил Духарев.