Городские ворота были распахнуты. Не разбиты, а просто распахнуты. Не похоже, что их брали с боем. И трупов у ворот не было.

Черный дым поднимался над башней, пачкая синий прозрачный воздух.

– К бою,– скомандовал Духарев.

Варяги проверились. Мисюрок вынул из сумы пегого песика, сбросил на землю:

– Гуляй!

Песик тут же ушмыгнул в траву. После драки он их найдет. Если будет – кого.

– Ну-у-у…– протянул Серега, глядя на узкую улочку, лежавшую за воротами.– Ну-у-у… Айда!

Варяги разом сорвались с места, влетели в ворота и понеслись между домами без окон, между глиняными заборами.

Поворот, еще один…"

"И навстречу им, с визгом, вылетели печенеги. Не меньше дюжины.

Сшиблись мгновенно. Сергей левой рукой перехватил скользкую от крови печенежью пику, рубанул с правой, уклонился от сабли, сам ударить не успел – Пепел прянул в сторону, и третий степняк тоже не достал, пронесся мимо… Прямо под удар Устаха. На узкой улочке, в рукопашной, степнякам пришлось туго, несмотря на численный перевес. Машег и Понятко, заменивший Рагуха (с Рагуховым же, хузарским, запасным луком, оставшимся в общем припасе) в уже отработанной боевой схеме, врукопашную не полезли, били стрелами.

Остальные прикрывали их клинками. В одном варягам повезло: колчаны печенегов были практически опустошены.

Духарев просек еще одну кожаную шапку, левой рукой перехватил сулипу, которую хозяин метнул в кого-то еще, – и вогнал ее в шею степняка, вознамерившегося попортить пикой спину Сирки Чекана, пока сам Сирка зажатым в левой руке боевым кистенем радикально изменял внешность другого печенега.

На Серегу тут же налетели двое. Он поймал основанием клинка сабельку противника справа.

Противник слева, выпучив глаза, встал в полный рост на коротких стременах и вознамерился полоснуть по Серегиной шее. Духарев пригнулся – и клинок печенега переломился, ударившись о навершие Серегиного шлема.

Печенег затряс ушибленной рукой… И взвыл. Пепел цапнул его за бедро.

А противник справа уже валился с седла. Черенок стрелы торчал у него из-под мышки.

Поднятая копытами мелкая белая пыль лезла в глаза, щекотала ноздри.

Укушенный куда-то пропал, его сменил здоровенный степняк, вооруженный длинным копьем.

Кровь на наконечнике была совсем свежая, и это привело Духарева в ярость. Он поднял Пепла на дыбы и рубанул сверху, в полную силу. Степняк прикрылся щитом, но легкий печенежский щит против варяжского меча не тянул. Дарёный клинок просек щит, как картон, прорубил запястье и смел печенега под копыта…

Духарев бросил Пепла вперед… И обнаружил, что впереди – никого. Серега вырвался из мясорубки боя. Собственно, и схватка почти закончилась. Налетевшие сгоряча степняки слишком поздно осознали свою ошибку.