Однако торжествовать было рано. Это Буслаеву стало ясно, когда он поднял голову и увидел устремленные на него глаза валькирий. В них было такое испепеляющее презрение, что впору было пойти куда подальше и втихую удавиться на осине. Копья, недавно поразившие ведьм, теперь были нацелены на Мефодия.

Буслаеву ясно представилось, что сейчас ему придется сражаться с валькириями. Только едва ли этот бой станет для него таким же удачным. Чудеса потому и чудеса, что случаются скорее как исключения. И даже если предположить, что можно дважды зайти в одну воду, то сделать это трижды не удастся никому.

Ирка, не хуже Буслаева сообразившая, какое развитие может получить ситуация, на всякий случай придвинулась поближе к Мефу. Это не осталось незамеченным.

– Ну и дела! Я вижу, эти двое не слишком торопятся убивать друг друга! – откинув назад волосы, с насмешкой воскликнула Хаара.

– Почему вы не сражаетесь? Только смерть одного из вас поставит точку в дуэли! – настойчиво прогудела Таамаг.

Антигон подпрыгнул от гнева и так посмотрел на ногу большой валькирии, словно хотел расплющить ей ступню булавой.

– Эй ты, особо крупная особа! Я хочу тебе кое-что сказать! – крикнул он.

Таамаг опустила глаза, пытаясь сообразить, кто с ней разговаривает.

– А, это ты! Ну... слушаю...

– Вы... вы... даже не могу подобрать слов... хорошая, умная, замечательная женщина! Вот! – выпалил Антигон с вызовом.

«Ого! Мерзкая, тупая, отвратительная! Это уже перебор!» – привычно перевела Ирка.

Однако Таамаг была далека от магического языкознания и не знала особенностей кикиморского языка. В результате она вначале удивилась, а затем приятно порозовела.

– Ну что ты? Стоит ли об этом упоминать? – застенчиво пробасила она.

– А еще ты добрая и красивая! – сказал Антигон завершающим аккордом.

Таамаг все еще с недоумением разглядывала его, когда послышался знакомый треск мотора и, петляя между деревьями, к ним подъехал Эссиорх.

– Грязь жуткая... сколько земли налипло! – вместо приветствия сказал он, разглядывая заднее колесо мотоцикла.

– Между прочим, мог бы явиться и раньше. Двум ведьмам удалось уйти! Эти бестии скрываются очень быстро, – недовольно сказала Бармия, валькирия бронзового копья."

"Эссиорх заглушил мотор, однако грохочущее эхо долго еще бродило по парку и коробкам окрестных домов.

– Разве двум? У вас неважно с арифметикой, дамы! Не двум, а трем, – хладнокровно поправил он.

– Трем? Почему?

– По этой причине я, собственно, и задержался. Двенадцатой ведьме, Зуймурзунг, я сохранил жизнь, – со вздохом поведал Эссиорх.

– Ты пощадил ее? Это правда или я брежу? – не поверила Хаара.

Хранитель развел руками.

– Увы, таково было желание того, чье сердце она собиралась вырезать.