У нас двое выбиты из строя?

– Татары Баймак и Агиш не могут драться, сильно побиты, еще ранены Надежа Дрозд и Тарас Дрога. Значит, драться смогут девять воинов, не считая тебя и меня. Коли встанем за городьбой со всех сторон, то выйдет где два ратника, где три. А ворог выставляет по десятку, даже боле. Против такой силы не справиться, Дмитрий Владимирович.

Савельев вздохнул:

– Ну, значит, Гордей, дадим свой последний бой. Особая дружина не сдается!

– Это так.

Бессонов поправил доспехи.

– Ну последний так последний. Обидно, что на чужбине помереть придется. Но может, потом перевезут на Москву, а? А с Ростовым что?

– Прибил его Горбун.

– Что ж он не рассчитал удара-то? Хотя сейчас какая разница? Все одно резать его пришлось бы.

– Коли Горбун не вдарил бы Ростова, меня уже не было бы в живых. – Князь улыбнулся: – Хотя, как молвишь, какая теперь разница? К бою!

– Да все на местах, готовы.

– Идем.

Савельев подошел к городьбе, встал рядом с Баженом Куликом.

– Ну что, Бажен?

– Обходят. С этой стороны три стрелка с пищалями, двое ратников с порохом да зарядами. И десяток всадников. Да вот, – Кулик указал за городьбу, – взгляни, сам увидишь.

Савельев посмотрел. Потом прошел к задней части укреплений, где стояли Нестеров и Черный.

Обратился к Нестерову:

– Что тут, Лавр?

– Два стрелка с прислугой, десяток всадников. Встали вдоль возвышенности у пруда. Саженях в тридцати от нас.

– С других сторон то же самое?

– Наверное.

– А где их старшой?

– Тут нету.

– Понял, к бою готовы?

– Готовы, князь.

– Уразумели, что это…

Нестеров не дал договорить Савельеву:

– Все мы разумеем, князь. Знали, на что шли. Пришло время помереть, помрем достойно. На коленях ворог нас не увидит.

Савельев похлопал Нестерова по плечу.

– Как пойдут, отбивайтесь, сколь сможете.

– Да, князь.

С других сторон ливонская дружина встала такими же по численности отрядами. Несколько стрелков, обслуга, десятки всадников.

С центральных ворот Савельев увидел старшего полусотни. Он с двумя всадниками отъехал в сторону. Они о чем-то переговаривались, глядя на подворье.

Савельев кивнул Бажену:

– Я буду здесь, ко мне пришли Горбуна.

– Да вот он, сзади. Как тень твоя, не отходит.

Дмитрий крикнул Горбуну:

– Осип, иди сюда!

– Ага, иду.

Бессонов отошел к правой городьбе. Одиннадцать русских ратников, в том числе и служивые татары Гардай и Туран, приготовились к бою.

Но противник не торопился нападать.

Сотник или десятник, что командовал полусотней, отчего-то не давал команды.

Вскоре Савельев понял, отчего.

К старшему ливонцу подъехал из леса еще кто-то. Этот был явно не из этого отряда.

– Это еще что за гонец? Откуда?

Горбун пожал плечами:

– А кто его знает, Дмитрий Владимирович.

– И пошто он здесь?

– А черт его знает, этого литвина.