– Отлично! Мучайся, мучайся урод, как я! – слезаю с кровати и беру плеть. Длинная палка, обмотанная кожей, а к ее концу привязано пять кожаных косичек с большими узлами на концах. При сильном ударе, такая игрушка, рвет кожу в клочья!

Я возвращаюсь к скулящему Сергею и без разговоров начинаю методично, со всей своей силы бить его по телу плетью. С каждым ударом он изгибается всем телом и орет в кляп. А я бью, наношу удары без жалости. По груди, по прожженному соску, по животу, по члену и внутренней части бедер. Кожа от ударов рвется, а обожженные места становятся похожи на раскуроченный, окровавленный кусок мяса.

С тела Сергея стекает кровь толстыми струйками и впитывается в матрас.

Я смотрю на него, и мне сейчас, так хорошо! Он мучается, так же как я! Испытывает ту же боль, что и я когда-то испытала. Так ему и нужно! Нечего было врываться в мою жизнь. Не нужно было продавать меня своим клиентам-уродам! Ладно, теперь мы сделаем то же самое, что сделали тогда с моим телом. А именно, я изнасилую этого засранца.

Черт, как же меня заводит эта мысль! Сколько раз Сергей насиловал меня, против моей воли? Сколько раз избивал? А что со мной вытворял последний его клиент?

При воспоминании о том подонке, который пытался вывернуть меня на изнанку и, после которого, врачи собирали меня изнутри “по кусочкам”, меня передергивает.

– Ублюдок! Ты сломал мою жизнь! Ты убил моего мужа! Его отца! Украл моего ребенка! Ненавижу тебя, мразь! – снова хватаю плеть и отчаянно бью его. Слезы льются из моих глаз.

Я думала, что мне сразу же станет легче, как только он окажется в моей власти. Но нет, не стало. Воспоминания снова налетели на меня, как коршуны.

Мне стало снова страшно и одиноко. Я не понимаю, почему из-за одного жалкого человека, так изменилась моя жизнь и так сильно пострадало мое окружение? Кто ему дал право распоряжаться чужими судьбами? Почему, этот пижон, позволяет себе играть в бога?!

– Ты никогда не выйдешь отсюда, мразь! Я буду мучать тебя – вечно! Ты узнаешь, что такое настоящая боль! Ты будешь умолять меня о смерти!

С этими словами я направляюсь к огроменному фалоимитатору. Я беру его в руку, тяжелый! Он еле умещается в моей маленькой ладошке.

Мы с Павлом специально ездили за ним в секс-шоп. Женщина-продавец довольно странно на нас косилась, когда мы попросили выдать нам самый большой размер. Паша не отговаривал меня, и я ему благодарна за это.

Другой рукой я беру вазелин и смачно смазываю им кончик этого резинового гиганта. Разворачиваюсь к Сергею и хищно улыбаюсь.

– Сереженька, тебе понравится моя задумка!"

"Я подхожу к матрасу со стороны ног Сергея. Мне нужно его сейчас перевернуть, но я не могу его развязывать.