Галантно проводив Теали к колонне, господин Жильбер де Монфлуа (красивое имя, громкая, известная фамилия, а по сути жадный паук с завлекательным узором раскинутой паутины) приложился к руке и ушел, а рядом возник принц, одетый как приличный человек — в камзоле. Интересно, он старый достал с балкона или новый раздобыл?

Теали выдохнула и осторожно скосила глаза в толпу. Ронна изредка попадала в ее поле зрения, мелькая в танце, а вот Трент… его она все еще так и не видела. И, честно говоря, боялась увидеть. Хотела до боли в груди, но боялась. Потому что знала — болеть станет еще сильнее.

Поэтому лучше сосредоточиться на игре. Еще не все карты розданы и не все ставки сделаны, все только начинается. Отвлекаться нельзя. Она и так потеряла время в Ирхеме. Но нашла там кусочек душевного спокойствия. Тетушка Палмер, Бренда и ее дети теперь в безопасности и на первое время обеспечены достаточно, чтобы спокойно жить. А дальше видно будет, придумается, как их защитить. Все же это единственные люди, которые помнят о сгинувшей в тюрьме девочке до сих пор.

— Госпожа, я надеюсь, ваше обещание танца еще в силе.

— Голос наследника раздался за левым плечом, словно тот нарочно изобразил соблазнителя.

— Разве я бы могла вам отказать, ваше высочество? — Теали показательно потупилась и взмахнула ресницами.

— Подозреваю, что вы могли бы, — улыбнулся принц, ведя ее на паркет. — Кстати, вас не затруднит выполнить одну мою просьбу? Знайте, я не приму отказа.

Теали напряглась. Она не ожидала просьб вот так в лоб буквально в первые минуты знакомства, да и принц не показался ей человеком, который будет пользоваться своим положением. Детей вон укрыл от стражи, хотя на первый взгляд у него не было какого-то конкретного интереса ни к мальчишке-пажу, которого он спас от неслабой порки, ни к нахальной экспериментаторше графских кровей.

Но ведь именно его Кай обвинял в предательстве, смерти лучшего друга (этот друг у них, кстати, был общий на двоих, и в свете этого предательство было вдвойне мерзкое) и в своем заточении. Так что первое впечатление могло быть обманчиво.

— Вы просто убеждаете отказать, — рассмеялась девушка, оттягивая время, и закружилась под рукой принца.

— Я настаиваю.

Настаиваю, чтобы вы, как наша соучастница, доставили от меня посылку юной дочери графа Рогнестера. С петардами, разумеется. Пока эта невыносимая девчонка не устроила еще одну диверсию в моем дворце. Пусть наиграется и успокоится.

— О нет, это вы невыносимы, выше высочество. Если желаете поиграть в детские игры — почему бы вам самому не украсть для девочки то, что она там возжелала, а не вовлекать в это другую девочку?

В ответ принц закружил ее в два раза быстрее и без того весьма бодрой мелодии.