У тэни не очень высокий уровень криминала, но везде, где есть разум и законы, найдутся те, кто попытается использовать разум против законов.

– Я свой! – сказал я, поднимая руки. – Я Измененный. Я на вашей стороне.

Не хотелось, чтобы они начали палить. Во-первых, выстрелы могли услышать, во-вторых, пришлось бы их долго успокаивать.

Тэни с какими-то особо затейливыми символами на груди униформы (наверное, их знаки различия, но я в них не разбирался) сделал жест в сторону своих товарищей. Оружие те не опустили, но и стрелять не стали.

– Почему я должен верить? – выкрикнул он.

– А зачем иначе я вас спасал? – ответил я.

– Это верно, – согласился полицейский. Он мне понравился, в этом кошмаре ему удалось сохранить чуточку здравого смысла. – Где все ваши? Почему вы нас не защищаете, как обещано?

– Наши скоро будут, – ответил я с уверенностью, которой у меня не было.

Полицейский сплюнул, с отвращением глядя на дергающиеся останки стельщика. Нацелил на них свой автомат.

– Не надо, – попросил я. – Услышат.

– Они согнали людей к кораблям, – сообщил полицейский то, что мне и так было известно. – Там много детей.

– Знаю, – сказал я.

– Чего они хотят?

– Чтобы я сдался.

Полицейский смотрел мне в глаза. Что он там может разобрать-то, на уродливой морде Защитника?

– Это никого не спасет, – объяснил я. – Сделка!

И приложил ладонь ко лбу.

Полицейский не стал колебаться. Прижал свою ладонь ко лбу.

– Сделка.

– Идем вместе, – сказал я. – Нужно отвлечь их. Совсем чуть-чуть. Я покажу место, откуда вы сможете стрелять. Продержитесь секунд десять-пятнадцать!

Полицейский молчал.

– Тогда у пленников будет шанс убежать и выжить.

– А у тебя?

– Не знаю, – сказал я.

– А у нас?

– Скорее всего, нет, – признался я.

– Это честно, – сказал полицейский. – Сделка.

И снова приложил ладонь ко лбу. Повернулся к своим. Скорее всего, они слышали разговор, но он все же сказал, повысив голос:

– Мы попытаемся. Кто не должен умирать сегодня – уйдите."

"Я думал, что уйдут гражданские. Но они остались. Зато один из полицейских молча отдал стоявшему рядом товарищу пистолет и запасную обойму, развернулся и пошел прочь, по той улице, откуда я появился.

Разумный выбор направления.

– У него есть основания уйти, – не вдаваясь в подробности, сказал полицейский.

– Меня зовут Макс, – сказал я.

– Имена больше не имеют значения, – ответил полицейский.

Наверное, они бы легко подружились с Лихачевым.

* * *Организм начинал бунтовать. Я чувствовал, что непрерывная череда изменений не могла продолжаться бесконечно, мне надо было «откатиться» назад, к человеческой форме. Моим клеткам пора очиститься, уничтожить накопившуюся отраву и отдохнуть.

Но пока на это не хватало времени.

По пути к кораблям я увидел лавку сладостей.