Если Рик тебя любит, будет держать себя в рамках приличия по крайней мере год. Выдержит - чудесно, я пожму его руку и пожелаю вам счастья. Не выдержит - я буду рад, что ты увидела его истинное лицо и подставлю плечо для утешения. И кстати - да, я поступил жестоко, но давай откровенно - он мог сразу сказать, что испытывает к тебе нечто большее, чем желание и готов год держать себя в узде. Он отказался, я принял меры - это все. Мне жаль, что ты узнала, было бы гораздо лучше, если бы и дальше верила в его чистую и искреннюю любовь. Лично мне нравилось видеть тебя счастливой.

На этом тема закрыта, и мы переходим к главному вопросу - чем запугал Артан?

Я была настолько потрясена услышанным о Рике, что не сделала даже попытки ответить.

А Эдвин, повернувшись к Норту, удивленно спросил:

- Причем тут ректор?

- А, давняя история, - отмахнулся Дастел. - Из-за выходки Гаэр-аша наш род был отстранен от прав на престол. Точнее меня тогда не воспринимали всерьез - мало кто способен понять насколько опасен может быть дар целительства. Нынешнюю ситуацию ты знаешь и сам, Артан здесь, чтобы проконтролировать мой рост как некроманта.

Но есть опасения, что ректору не нравится мой выбор Рии в качестве невесты.

- Ревность? - недоверчиво произнес Эдвин.

У меня внутри все сжалось.

- Вряд ли, - некромант усмехнулся. - Скорее решил, что из-за чувств к Рие я могу потерять голову и не добьюсь великой цели, которой так страстно жаждет семья.

И выдох, полный облегчения вырвался против воли. Норт был прав. Действительно прав. Отчиму от меня требовалось наследство, вот чем объясняется его безумная страсть, а ректор значит хотел убрать с дороги, решив, что наша помолвка с Дастелом настоящая.

Нет, в душе я во все это не верила почему-то, но вот тот факт, что от меня потребовали определиться с решением утром, до появления короля и газетчиков, объяснял многое. Тьма, умоляю, пусть так и будет. Именно так.

- Риа, я прав? - тихо спросил Норт.

И я кивнула. Мне и самой до безумия хотелось в это верить, в это, а не в страсть лорда Гаэр-аша. И как-то сами собой вырвались слова:

- Он сказал, что ты никогда не женишься на мне. Ни ты, ни Рик, у меня для этого слишком... грязная кровь, - и я произнесла это спокойно, с улыбкой.

Норт и Эдвин переглянулись.

- Даже так, - очень недобро произнес Норт.

- Ударил по самому больному, - зло сказал Эдвин.

- Не думаю, - Дастел улыбнулся, - Риаллин менее всего хочет выходит замуж за кого бы то ни было, у нее совершенно иные планы на жизнь, да, малышка?

Отрицать я не стала.

- А засосы, это демонстрация его неземной страсти, или он пошел дальше и предложил тебе скоропалительный брак? - Норт поинтересовался невозмутимо, так, словно речь шла о предстоящем снегопаде или ином, малозначительном.