Если же заявитель оказывался настырным и традиционные методы убеждения на него не действовали, в ход шли иные средства. К примеру, ретроспективные изыскания.

Ознакомившись со списком своих прежних грехов, возмутитель спокойствия не только забирал заявление, но и напрочь избавлялся от желания катить бочку на милицию.

На особом счету были случаи, когда коллеги отправляли на тот свет ни в чем не повинных людей или когда кто-то нечаянно нарывался на сынка какой-нибудь шишки. В таких ситуациях требовался отчет по полной форме. Но и тут сотрудники управления умудрялись оказаться на высоте, замяв дело или подменив законные восемь лет отсидки банальным выговором.

Высшей мерой наказания было увольнение, однако для этого виновный должен совершить нечто из ряда вон выходящее или показать себя полным козлом. К сожалению, попадались и такие.

Отправляясь в Управление собственной безопасности, Андрей знал, куда идет и с кем ему предстоит иметь дело. А потому он был спокоен и воспринимал визит как неизбежную формальность. Его вызывали потому, что требуются какие-то бумаги. И только. В конце концов это ведь не прокуратура.

Это там сидят люди, охочие покопаться в грязном белье МВД. И делают это отнюдь не потому, что их интересует истина. Просто министр Иван Иванович не в ладах с министром Иваном Никифоровичем, и оба из кожи готовы вылезть, чтобы заполучить компромат друг на друга. Ибо компромат – это гарантия собственной безопасности и вполне достойный предмет торга. В этом соль. Только в этом и ни в чем другом.

Майор Цыплаков и его помощник капитан Колюжный, с которыми Андрею довелось беседовать, оказались людьми незлыми и вполне предсказуемыми. Вначале они пытались слегка поднажать на Андрея, но, разобравшись, что он не способен на поступки, которые ему шьют, смягчили напор, а потом и вовсе перешли на отвлеченные темы.

Немного о Югославии, о курсе доллара, о последних кадровых перестановках в министерстве… Наконец майор Цыплаков протянул Андрею бумагу и ткнул пальцем в нижний угол:

– Прочитай и распишись вот здесь. «Слава богу, все это закончилось», – с облегчением подумал Андрей, читая свои показания, расписался и, отдав майору листок, уточнил:

– Я свободен?

– Неужели я похож на человека, которому хочется засадить тебя в тюрьму? – Цыплаков спрятал листок в папку.

 – Конечно, свободен. – Удовлетворенно потерев ладони, он встал из-за стола. – Теперь можно и перекурить. Составишь компанию?

Андрей кивнул и первым вышел из кабинета. Оказавшись на лестничной площадке, он достал пачку «ЛМ» и протянул Цыплакову:

– Угощайся.

Майор демонстративно похлопал себя по карманам.

– Черт, забыл свои на столе.

Возвращаться в кабинет он, разумеется, не стал. Взяв из пачки сигарету глубоко затянулся.