Резко затормозил, проскользив по льду, оглянулся, потом опрометью бросился навстречу Андрею.

«Похоже, спасается бегством», – подумал тот и, как вскоре выяснилось, не ошибся.

Через секунду-другую из-за угла того же дома показался молодой милиционер.

Так же, как и беглец, пролетев несколько метров по льду и едва не упав, он во все горло заорал:

– Стоять, я сказал!

Беглец и не подумал подчиниться. Наоборот, побежал еще быстрее. Переведя дыхание, милиционер бросился за ним."

"На вид убегавшему было лет семнадцать. Старые потертые джинсы, вышедшая из моды дутая сиреневая курточка, на ногах кроссовки…

«Небось, жрать нечего, вот и стянул что-то», – предположил Андрей.

Он еще не знал, как поступит, но сработал инстинкт. Схватив пробегавшего мимо парня за рукав, Андрей толкнул его к стене и приказал:

– Стоять смирно!

Беглец пытался вырваться, да не тут то было. Наконец подбежал и милиционер, худой сержант с болезненным румянцем на щеках, лет двадцати трех.

– Думал, уйдет, – выдохнул он, суетливо отцепляя от ремня наручники и защелкивая их на запястьях парня. Только после этого повернулся к Андрею:

– Спасибо. Без вас мне бы его не взять.

– А что он натворил? – поинтересовался Андрей.

Сержант вытащил из кармана джинсов стоящего к ним спиной арестованного потертый кошелек.

– В гастрономе у бабки стянул. Хорошо, заметила и завыла, как сирена. А этот, – он кивнул на парня, – сразу бежать.

– Кошелек ты мне сам подсунул. – Не оборачиваясь, парень брезгливо сплюнул на землю.

– Хорошо-хорошо, – кивнул сержант. – Сейчас пойдем в участок, и ты подробно расскажешь, как я это проделал. – Взяв парня за воротник куртки, он толкнул его вперед. – Кажется, ты уже в курсе, к какую сторону пилить?

Воришка, ничего не ответив, вразвалочку двинулся в сторону дома, из-за которого появился пару минут назад. Сделав несколько шагов, вдруг резко обернулся и с ненавистью посмотрел на Андрея.

– А с тобой мы еще поговорим. Не волнуйся, найду.

Сержант толкнул его в спину:

– Вперед, родной. Лучше не зли меня…

Андрей провожал их взглядом, пока оба не скрылись за поворотом.

«Не знаю, как закон, а вот справедливость понятие не пустое, – подумалось ему. – Она не возносит, зато карает наверняка. Рано или поздно. – Поймав себя на том, что рассуждает, как истинный фараон, невольно улыбнулся. – Интересно, как там ребята без меня? Наверное, ждут не дождутся. А я тут философствую о торжестве справедливости. Да не будь их рядом…»

Теперь он уже знал, куда направит стопы. Как назло, машин на стоянке такси не оказалось. Пришлось ждать. Прохаживаясь взад-вперед, вдруг почувствовал на себе чей-то холодный и колючий взгляд. Повернув голову, увидел, что с разворота газеты, выставленной в витрине киоска, на него пялится сам Полежаев.