Они фигурировали в факсе из Швейцарии, пришедшем на имя Сомова!

«Точно такие же цифры были на листке, который лежал в Никином журнале!» – вспомнил Андрей и почувствовал, что бледнеет. Судя по документу, который он держал в руках, Ника сбрасывала двести штук со своего счета в той же Швейцарии на этот. Подобная операция имела смысл лишь в том случае, если счет этот принадлежал не ей, а другому лицу. Именно на него скорее всего и вышел в свое время полковник Сомов.

«Вот тебе и объяснение его внезапного взлета по служебной лестнице!» – заключил Андрей.

– Есть какие-нибудь мысли? – поинтересовался Дорофеев. Андрей кивнул.

– Пока могу сказать только одно. Дела об убийстве Сомова и гибели Ники должны находиться в одной папке.

– Цифирки подсказали? – проявив чудеса интеллекта, догадался Дорофеев.

– Да. Это банковский счет в Швейцарии. Из-за него и погиб Сомов.

– Хочешь сказать, что достаточно выяснить, чей это счет, и мы получим заказчика?

– Верно, – подтвердил Андрей, с удивлением взглянув на Дорофеева. Сегодня Ваня схватывал все на лету.

– Так какого черта мы тут базары разводим? – оживился тот и громко крикнул:

– Ануприенко, телефон Фараону! Срочно!

Прапорщик незамедлительно выполнил приказ. А за особое рвение в нагрузку получил еще один – сгонять за второй бутылкой. Когда Ануприенко вышел, Андрей снял трубку, однако звонить не стал.

– Кажется, с банком мы пролетаем, – вслух подумал он. – Швейцарский банк на том и стоит, что любая исходящая информация закрыта.

– Неужели все так безнадежно? – расстроился Дорофеев.

– Увы, я не Генеральный прокурор. Банкиры не пойдут мне навстречу.

– Ну Сомову же пошли, – возразил Дорофеев.

– Молодец, Ваня! – просиял Андрей. – Попробуем воспользоваться его каналом.

Дорофеев сокрушенно причмокнул.

– Жаль только, что факс у тебя в кабинете под стеклом лежит.

– Я его. наизусть помню, – успокоил его Андрей и позвонил в швейцарское отделение Интерпола."

"Пока он на ломаном английском втолковывал швейцарцам, кто он, кого позвать и зачем звонит, Дорофеев нервно курил, внимательно наблюдая за его мимикой. На третьей минуте разговора Андрей вдруг как-то обмяк, и майор понял, что дело дрянь, Дождавшись, когда тот положит трубку, нетерпеливо спросил:

– Неужели послали?

– Хуже, – вздохнул Андрей. – Инспектор, с которым имел дело Сомов, погиб неделю назад в автомобильной катастрофе…

Глава 3

БОЛЬШОЙ ПРИВЕТ ИЗ ИЕРУСАЛИМА

Сменщик Коростылева оказался человеком более непосредственным и практичным, чем его коллега. Заявившись поздно вечером с разбухшим от видеокассет и бутылок пакетом, он в мгновение ока превратил журнальный столик в некое подобие экспресс-бара, сунул кассету в видеомагнитофон и утонул в кресле.