Она понесла нитки своей тете, лучшей ткачихе Вересуэки, по мнению племянницы. Поверил ей на слово. Есть люди, которые всегда имеют дело только с самыми лучшими. Вот так вот им везет по жизни.

— Кто эта девушка? — спросил я хозяина мини-таверны.

— Дочка рыбака Эньона (Наковальня), — ответил он.

— Спроси у него, не пора ли ее выдать замуж за меня, — попросил я.

— С удовольствием разузнаю! — радостно согласился Дей.

Не знаю, как сейчас, а в двадцать первом веке у испанцев любимым занятием, уступающим только футболу и корриде, будет изведение под корень одиноких людей. Они будут искреннее уверены, что каждый человек должен быть наказан второй половиной, хочет он этого и особенно, если не хочет. Специально устраивались вечеринки, на которые приглашали обоих, или собирались подружки одинокой девушки и вели к выбранному ею парню, помогали наладить первый контакт. Парни поступали примерно так же с учетом большей прямолинейности. Отбиться, остаться холостяком было нереально.

Дей что-то сказал сыну-подростку, помогавшему матери на кухне, тот сходил к Эньону, позвал в мини-таверну. Будущий мой тесть оказался кряжистым кривоногим мужиком с растрепанной бородой и настороженным взглядом. Складывалось впечатление, что хочет просверлить во мне пару дырок и посмотреть, что там у меня за душой. При этом рыбака явно пёрло от восторга, что такой прославленный командир сватается к его дочери.

— Рано ей замуж. У нас сейчас много работы, помогает матери, — начал он вытанцовывать от домашнего очага.

Я знал, что за невесту из небогатой семьи принято давать от одного барана, который пойдет на праздничный обед, а лучше добавить еще пару или больше. Овцы здесь самый ходовой товар. Я мог бы запросто наменять такое количество, но статус не позволял мелочиться.

— Дам тебе мула-самку. От нее будет больше пользы по хозяйству, — предложил я. — Если не понравится, обменяешь на баранов.

За мула здесь дают в зависимости от возраста, стати, спроса один-два десятка овец. Владелец такой отары считается в Кантабрии почти богачом. Тут тебе и молоко, из которого делают мягкий сыр, и шерсть на пряжу, и приплод в два-три ягненка в год от каждой овцы, и мясо семье, и высокий социальный статус.

— Это ты правильно сказал, от мула больше будет пользы. Весь улов одной ходкой буду отвозить, — радостно сделал вывод Эньон и тут же спросил, видимо, опасаясь, что я передумаю: — Так это, когда приведешь мула и заберешь Дилин?

— Завтра, — ответил я и предложил: — Подсаживайся к нам, выпей вина.

— Завтра и посидим, — отказался он. — Мне надо это… по дому кое-что сделать, а потом поплыву сети трусить.

Наверное, побежал докладывать жене, что нашелся дурак, готовый обменять целого мула на всего лишь их дочку. Такая удача не каждый день подворачивается.