Не обходили они вниманием и маленького Игорька, приносили ему шоколадки и фрукты, игрушки и книжки. Кроме того, у матери имелась приличная сумма. Только впервые увидев своего отца, Игорь догадался, откуда она взялась. А со временем появился и новый источник дохода.

Примерно до восьми лет Игорь жил с матерью в однокомнатной квартире. Отец матери, выйдя на пенсию, загорелся идеей прикупить свой домик в деревне и туда переселиться. И до того загорелся, что сумел уболтать на переезд жену. Мать с сыном перебралась в двухкомнатную родительскую квартиру, а свою сдавала.

Поэтому Червинские жили безбедно, хотя мать всю жизнь проработала нянечкой в детском саду и особо не усердствовала, довольствовалась одной ставкой.

Игорь пошел в отца, рос большим, физически сильным парнем. Матери одной было трудно с ним справиться, а приходящих мужчин в последнюю очередь интересовало воспитание мальчика. Напрасно мать пугала сына армией, тяжелым физическим трудом по возвращении на гражданку. Игорю, как и большинству современных подростков, надо было все и сейчас. Какая учеба, если мальчишки во дворе гоняют мяч, играют в снежки, пьют пиво – в зависимости от сезона и возраста! Лучше потрепаться с соседской Нинкой, вытянувшейся за лето и превратившейся из невзрачной девчонки в привлекательную молодую девушку, чем зубрить уроки.

Как итог учившийся через пень-колоду Игорь даже не стал пытаться куда-то поступить. Зачем напрасно тратить силы и время, если шансов – ноль целых и ноль десятых?

Да тут еще новый любовник матери оказался совершенно бесполезным гуманитарием, не имеющим знакомых среди военных. Мать попыталась обратиться к одному из своих предыдущих любовников, директору магазина, однако тот отказал ей, причем в довольно грубой форме.

Сама виновата; чего полезла к человеку, у которого семья, дети и новая любовница.

В результате закосить от армии не удалось. Пришлось Игорю стричь волосы и переодеваться в казенную форму. К счастью, армия оказалась не так плоха, как ее малевали охочие до кровавых сенсаций журналисты. Нет, дедовщина, конечно, присутствовала, куда ж без нее, но не беспредельная, без чистки зубной щеткой отхожих мест и использования новобранцев в качестве живых боксерских груш.

У Червинского она скорее ассоциировалась с одним курьезным случаем. Отправили деды вместо себя его с еще несколькими ребятами в кухонный наряд. Сидят, значит, новобранцы, чистят картошку. На роту. Полную двадцатилитровую алюминиевую кастрюлю. Разумеется, вручную, чтобы жизнь малиной не казалась. И тут является посыльный от комполка.

– Червинский, – говорит, – пулей дуй к полковнику.

Игорь, естественно, растерялся.