Когда пленник очнулся, его рот был заткнут обрывком его же собственной рубашки. Найденным у бандита ножом Комбат сделал длинный надрез на груди чуть ниже шеи и стал медленно сдирать кожу, поясняя шепотом:

– Боль будет постепенно усиливаться и станет совершенно нестерпимой. Советую к этому моменту одуматься и правильно отвечать на мои вопросы, иначе умрешь в жутких муках.

Пленник бился, как пойманная в силки птица, мычал, сучил ногами, но Комбат прекратил мучительство, только отделив от плоти широкую полоску кожи. Тут он убрал нож и спросил:

– Будешь говорить?

Бандит кивнул головой.

– Только смотри у меня. Вздумаешь крикнуть – снова заработаешь пистолетом в висок, а потом я так тебя обработаю, что будешь умолять меня о смерти. Ты понял?

Пленник снова кивнул. Рублев снял кляп:

– Как вы нас отыскали?

– Замес сказал, что надо идти к приметным местам типа рек или озера.

– Кто такой Замес?

– Наш главный.

– Сколько вас еще, кроме него?

– Четверо. Замес пятый.

– Чем вы вооружены?

– Пистолетами.

– А ножи?

– Ну да, ножи тоже есть, я о них совсем забыл.

– Более серьезное оружие имеется?

– Типа автоматов?

– Типа их.

– Нет, только ножи и пистолеты. Замес говорил, что мы и без них с вами разберемся. Голыми руками.

– Фантазер твой Замес, – усмехнулся Комбат. – Ты в курсе, кто заказал нас Метису?

– Я не знаю никакого Метиса, – твердо сказал пленник.

– Тогда кто вас послал?

– Бивень.

– Всех пятерых?

Этот вопрос был провокационным. Москит контактировал с Метисом. Либо он в этой пятерке стоял особняком, либо пленник врал.

– Нет, на Бивня работаем мы четверо. Пятый, Москит, человек со стороны, – ответил пленник.

– Ясно. Как вы сумели так быстро нас отыскать?

– Нам помог охранник особняка у озера. Он видел, в какую сторону вы пошли.

– Вот сволочь! – вырвалось у Комбата. – А если бы вы нас не нашли?

– Оставили бы двух человек в засаде, а остальные пошли бы к другому приметному ориентиру.

– Это какому?

– Я не знаю, гадом буду! У нас все решает Замес. И выдает нам лишь ту информацию, которую считает нужной.

– Понятно, – Комбат задумчиво посмотрел на бандита.

Урод, конечно, но тоже в каком-то смысле человек. Жалко убивать. Но однажды проявленное милосердие уже тяжело аукнулось Комбату и Светлане. Только дурак во второй раз наступает на одни и те же грабли. В тылу можно оставлять не врага, а его труп. Хотя Рублеву было очень тяжело решиться на коварный удар. Он привык разбираться с достойным противником в упорном бою. Тогда Комбат вспомнил девушку, прячущуюся среди подроста и дрожащую от страха, которую хладнокровно шел убивать лежащий перед ним бандит. Он бы не стал ее жалеть, слабую и беспомощную, а выстрелил и добавил контрольный в голову.