Вскоре, к своей огромной радости, Анатолий увидел стадо пекари, направлявшихся к реке. Анатолий выбрал молодого подсвинка и тщательно прицелился.

Пекари вели себя беспечно, они не сталкивались с лодкой и не знали, что спрятавшийся в ней человек представлял смертельную опасность. Теперь им предстоял горький урок. Грянул выстрел. Подсвинок рухнул на землю, стадо, испуганное раскатистым звуком, бестолково засуетилось. Пекари не могли сообразить, откуда пришла беда. Одна из свиней даже с разгона налетела на лодку. Наконец спасительный инстинкт подсказал пекари, что надо скрыться в лесу.

Стадо исчезло. Теперь Анатолий мог спокойно подойти к подсвинку, не опасаясь острых клыков взрослых самцов, способных дать отпор даже ягуару. Он разделал тушу, тщательно прожарил мясо на костре и после короткого раздумья достал из заначки бутылку виски. Они собирались выпить ее в честь успешного окончания дела, но под такую закусь не грех опрокинуть стаканчик-другой. Разомлев от сытной еды и жаркого солнца, плохо выспавшийся ночью Анатолий задремал. Проснулся он оттого, что кто-то сильно тряхнул его за плечо. Анатолий открыл глаза и увидел перед собой жуткую морду с оскаленными зубами…

Только первый час искателям завещания приходилось продираться сквозь густые заросли.

Потом они вышли на узкую, но удобную тропинку, протоптанную то ли людьми, то ли животными. Видимо те, кто прятал указатели, тоже не горели желанием изматывать себя ходьбой по тропическим дебрям. Благодаря тропинке Семен и Григорий могли идти, даже когда джунгли окутал полумрак, но мужчины решили не рисковать. Мало радости наступить в темноте на затаившуюся жарараку или каскавеллу. Особенно на последнюю."

"Переночевав, экстремалы с новыми силами устремились вперед. Всего через несколько часов они оказались у индейской деревни. Местные жители хладнокровно отнеслись к появлению чужаков, словно гости издалека ежедневно наносили им визиты. Только любопытная детвора окружила пришельцев, которые уверенно двигались к дому, находившемуся в центре поселения. Подойдя к нему, Семен тряхнул шкуру ягуара, заменявшую дверь. На пороге возник статный индеец, весь увешанный кольцами. Как впоследствии предположил Григорий, это свидетельствовало о его высоком статусе в поселке.

Индеец что-то сказал по-своему, Семен ничего не понял, но тут же протянул окольцованному перстень, который они нашли в пакете. Перстень был хорош, его украшал большой изумруд, окаймленный мелкими бриллиантами. Увидев перстень, индеец изобразил на лице улыбку и скрылся в доме. Через минуту он вернулся, держа в руках большой конверт, который отдал Семену в обмен на перстень. Вскрыв конверт, Одиссей понял, что их странствия завершились, он держал в руках завещание.