И потом, когда в отряд устраивался, тестирования проходил. Потом уже как по накатанной. Да и выдержкой хорошей он отличался.

– Я… – Пауза Томы не могла принести ничего хорошего. – Тебя поняла. Можно я встану?

Она на него не смотрела. Куда-то вниз или в сторону.

Пришла очередь Тихонова кивать. Он пружинисто поднялся и даже сделал шаг назад, чтобы дать ей больше пространства для маневра.

И, кстати, где ее пиджак? В машине оставила?

Тамара поднялась, неестественно прямо выпрямилась и выдавила из себя улыбку.

– Я пойду.

– Иди.

Что он еще мог сказать? Как сопливый пацан оббежать ее, встать на пути, выставить руки вперед, останавливая и задерживая? Понести романтическую чушь, сказать ей, что она нереальная? Не просто красивая, а нереальная? Что голову теряет от одного взгляда на нее?

Только она дочь судьи, а он обычный вояка.

На этом расходимся, товарищи.

Тамара сделала несколько шагов по направлению к выходу. Тихонов провожал ее голодным жадным взглядом, чувствуя, как кипит внутри кровь. Как мышцы напрягаются до предела."

"Одно движение за ней… один рывок! Притянуть к себе, вдавить попочкой в пах, приласкать. Поцеловать в голое плечо, и девочка растает. Откинется к нему на грудь, позволит сделать с собой все, что ему заблагорассудится! А он многое хотел.

Когда Тамара покачнулась, запутавшись не то в подоле платья, не то в собственных ногах, Евгений рванул вперед. Сделал шаг и остановился как вкопанный, точно на стену налетел. Стоять, майор! Вот замер сейчас и не двигаешься!

Он не пошел ее провожать. Дождался, пока за Томой плавно закроется дверь.

И лишь тогда врезал кулаком по стене, мимолетно отмечая, как образуется некрасивая трещина в штукатурке.

Настенные часы от его удара жалобно скрипнули и покосились, продолжая держаться на стене на честном слове.

Выругавшись, Тихонов подошел к ним и поправил, попутно отметив, что время уже довольно позднее. 0:22.

И дождь пошел…

Черт! А Тома без пиджака. Жопу бы ей напороть за такое наплевательское отношение к своему здоровью.

Движимый непонятной силой, Евгений подошел к окну и упер руки в подоконник. Рядом с подъездом стоял фонарь, с освещением проблем не наблюдалось. Пусть дом у него и не был новым, но с соседями повезло, они следили за порядком и удобствами, прежде всего для собственного проживания.

Поэтому было отлично видно, как тонкая «хрустальная» фигурка Томы выпорхнула из подъезда.

Сердце Евгения пропустило удар…

Давай, милая, беги к своему «мерину» и забудь про служивого…

Так будет лучше для всех.

Ничего подобного не произошло.

Ничего!

Тома сделала несколько порывистых движений по узкой дорожке и замерла. Тонкая фигурка едва не задрожала под порывистым хлестким ветром.