Евгений притянул к себе тарелку и взял кусок. Откусил и откинулся на спинку стула, демонстративно активно жуя.

Александра Анатольевна повторно шумно вздохнула.

– Я совершила ошибку. Много лет назад.

– Мам…

– Подождите! – Она вскинула руку кверху, призывая взрослых детей к тишине. Те в кои-то веки послушались. – Или я сейчас рассказываю, как и что мы с Борей натворили в прошлом, или к этой теме больше не возвращаемся.

– Рассказывай, – быстро пискнула Лиза, стремясь опередить брата. – Жека, а ты молчи. Спугнешь маму.

– Я сам внимательность, – фыркнул он, активно работая челюстями.

– Я коротко… – Мама провела рукой по волосам, выдавая степень волнения. – Много лет назад я сглупила. Не послушала Борю… А послушала гордость с ревностью и соседок, что активно нашептывали, что такой мужик, как Боря мой, не может не гулять. И разговоры разные были еще… Что девица одна за ним приударила, проходу не дает. Боря говорил, что сплетни, бабские пересуды, не более. Я сначала старалась верить, а потом… – Она прикрыла глаза, окунаясь в прошлое. – Потом был сильный скандал. Я в горячке сказала, чтобы Боря убирался. Он и ушел… Вы же знаете, отец гордый. Ну и… вот.

– Так я не поняла, мам… Твой первый муж изменял тебе или нет?

Лизка почему-то всегда неровно дышала к генералу Тихонову. В том плане, что еще будучи девочкой, отчаянно желала, чтобы и у нее был папа. Собирала про Бориса Витальевича любую информацию, специально злила Женьку расспросами. Тот бесновался, иногда срывался на сестру. Уходил из дома, бегал на стадионе. Говорил себе, что не нуждается в предателе, что раз мама выгнала отца, значит, за дело.

В детстве не бывает полутонов. Человек или хороший, или плохой. Это как при просмотре фильмов – или «наш» герой или злодей.

Отца Жека записал во вторую категорию. Когда-то решил, что тот предал семью ради карьеры. Все. Другой вариант даже не рассматривался. Мать первое время и алименты отказывалась брать. Гордая… Отец приезжал. Чего уж. И часто… Сейчас, оглядываясь назад, Евгений много что подмечал. Того, что предпочитал не замечать…

– Уже не имеет значения. Столько лет прошло…

– И?.. – продолжала допытываться Лиза, в то время как Евгений молчал.

– Борис ездил ко мне все эти годы. По молодости чаще. Стучался, пытался ухаживать. Я за порог не пускала…

– А сейчас?..

– Сейчас пустила.

Александра Анатольевна пожала плечами и улыбнулась.

Через десять минут она вышла следом за Женей. Тот остановился на крыльце, прислонившись плечом к стене.

– Злишься? – негромко спросила мама.

Женя качнул головой.

– Когда увидел его, думал, втащу… А потом знаешь… Странное дело – отпустило. Чуйка, что ли, сработала. Я же подозревал, что он к тебе таскается.