Нет, в фантазиях всё, конечно же, куда проще и легче, но как можно сравнивать это с реальностью?

Даже то, что произошло на берегу, уже выходило за все рамки моих личных границ, но медведица, беснующаяся в голове, ясно дала понять — это не предел. И кто знает, как скоро она решит закончить этот фарс и возьмет свое.

В любой момент я могу остаться один на один с ее решением, и как это пережить?

— Я… я…

— Да-да, — кивнула подруга, не пряча улыбку. — Об этом я и говорю!

— А что ты от меня хочешь? Чтобы я, подбрасывая юбки, сама кинулась на них?!

— Вроде того, но кидаться необязательно, — девушка многозначительно улыбнулась. — Мне сложно понять тебя, ведь ты отказываешься от дара, повинуясь своим страхам и сомнениям. Но вот что я тебе скажу: с ними не будет плохо. Не будет страшно. Они твоя пара и пойдут на все, лишь бы ты была счастлива.

— Вы все твердите про эту пару, но неужели сами никогда не хотели сделать выбор? Не слушать зверя, а решать самим?

— Нет, — без промедлений ответила она, покрепче сжимая мои пальцы. — Зверь — это больше, чем животное. Он природа, стихия, у него есть чувства, которые мы никогда не познаем. Он знает больше, Ласка. Даже твоя запоздавшая медведица знает больше, чем ты.

— Это не отменяет проблемы.

— Проблему ты придумала сама, — Инесс поднялась, отпуская меня, и направилась к своему сундуку, принявшись в нем рьяно копаться. — Вот скажи, беры были смущены?

— Н-нет, — немного подумав, ответила, вспоминая детали. — Но оно и понятно!

— По-твоему, понятно оно, потому что они мужчины?

— А как еще?

— Глупость, — буркнула подруга, вытащив что-то несуразное из тонкого кружева. — Еще скажи, что ты не получила удовольствия от того, как они тебя желали!

Подавив подступающую к щекам красноту, я перевела дыхание, поймав себя на том, что лукавлю.

Все движения беров были выверенными, четкими, не дающими мне повода сомневаться в собственной женственности и желанности. Никаких спотыканий, фальши, только открытая, демонстративная уверенность в том, что все именно так, как должно быть.

Но они беры, а я нет! Мне свойственно смущаться, чувствовать себя неловко, и даже прожитые среди них годы этого не изменили!

— К чему ты клонишь?

— Вот, бери. Подарок от одной берочки из Ветреных, они там знают толк в таких вещах.

— Что это?

— Ночная сорочка, — ответила подруга, но по ее взгляду было понятно, что все не так просто.

Кружевное нечто позволило себя расправить и разглядеть. Тонкая материя, практически не прячущая тело, пестрила узорами из тонкой вязи и ровными швами. Эта ночнушка больше напоминала халат, почти невесомый, с глубоким вырезом, подчеркивающим ложбинку между грудей и тонкую талию.

— Зеленая. Твой любимый цвет.

— Не понимаю…

Инесс громко и устало вздохнула, закатывая глаза.