— Не надо вешать на меня это, — помотал головой я. — Ты сама приняла решение. Я не мог создать ведьму.

— Хочешь сказать, если бы ты знал, что так случится, то не стал бы меня лечить? — поинтересовалась Кристина.

— Стал бы. Я помогаю всем, кто нуждается в помощи. Но мы опять уходим от темы, — напомнил я. — Объясни, как ты видишь окончание войны после всего, что ты уже натворила? Хочешь, чтобы я оставил свои поиски? Перестал искать место, где ты скрываешься?

Хотя приблизительно я уже знаю, где живёт Кристина. Вот только она об этом ещё даже не догадывается.

Этот козырь лучше приберечь.

— Именно этого я и хочу. Я перестану покушаться на тебя и твою семью, а ты… будешь со мной сотрудничать, — заявила она.

— П-ха! — я не смог удержать громкий смешок. — Сотрудничать? С ведьмой?

— Ты сам подумай, Алексей. Мы ведь можем создать очень сильный союз, — она попыталась схватить меня за руку, но я тут же одёрнул ладонь. — Я буду создавать болезни, а ты будешь их лечить. Как поделить деньги, мы придумаем позже.

— Ты выбрала не того человека, — ответил я. — Я никогда не пойду на такое. После этого я уже не смогу называть себя лекарем.

Более того, никто из местных лекарей ни за что не пойдёт на такое. Да, не стану отрицать, возможно, где-то и есть такие недобропорядочные целители. Но здесь таких точно нет.

— Да что ты? — ухмыльнулась Кристина. — Даже твой друг Илья Синицын?

— Он вообще покончил с лекарской карьерой. Даже не думай лезть к нему, — процедил сквозь зубы я.

— Тем лучше! — взмахнула руками она. — Значит, у него освободилось время, чтобы принимать пациентов. Особенно, если учесть его особые пристрастия…"

"Я с трудом сдержался, чтобы не вскочить из-за стола.

Пришлось взять себя в руки. Нельзя показывать ей, что она может манипулировать мной с помощью моих друзей. Есть другой способ. Я найду возможность одолеть её, сохранив при этом жизни всех близких мне людей.

— Ты ничего не знаешь о Синицыне, — сказал я.

— Только не думай, что я и к нему во снах не приходила, — рассмеялась она. — Я была у всех твоих друзей. У Синицына, у Лебедева. Только к Сеченову пока что не совалась. Он мне как лекарь совершенно не нравится. Слишком занудный тип, — она сделала паузу, будто пыталась вспомнить, что хотела сказать изначально.

 — Ах да! Ты говоришь, будто я не знаю Илюшу Синицына? Как же! Женщины, алкоголь, деньги, наркотики… Столько вещей, которыми можно его соблазнить! Думаю, если я пальцем поманю, он тут же присоединится ко мне и моему делу.

— Ты ведь понимаешь, что с этого момента ты в большой опасности? — уточнил я. — Теперь мне известно, как ты выглядишь. Я знаю твоё имя. И я обязательно тебя найду.

— Сильно в этом сомневаюсь, — ответила она.