Но против восставших мертвецов он бессилен.

Я достал клинок и резким размахом срубил голову первому мертвецу. Дядя же оббежал остальных и повалил на двух зомби шкаф с инструментами.

— Уходим отсюда! — крикнул он. — Бежим, Алексей! Он просто тратит наше время.

В этот момент одно из окон морга разбилось вдребезги. К нам запрыгнул Илья Синицын. Остриё его сабли вонзилось в стоящего передо мной мертвеца. И тот сразу же, потеряв поддерживающее его некротическое ядро, рухнул на холодный пол морга.

— Беда, Алексей, — произнёс он. — Лучше вам с дядей убираться отсюда, да поскорее. Кораблёв решил, что ты — некромант.

— Что⁈ — воскликнул я, зарубив ещё одного зомби. — С какого перепугу ему пришла в голову эта чушь?

— Из-за того, что ты труп в подвале поднял! — ответил Синицын, продолжая прорываться сквозь врагов. — Как ты думаешь, не окрепнет ли его мнение, когда он увидит, что вокруг тебя в морге поднялось ещё пять человек?

Проклятье… Вдобавок ко всем моим проблемам присоединилась ещё и эта. Если наш главный лекарь что-то надумал, то просто так выгнать из его головы дурные мысли уже не получится.

— Да сдохни ты уже, наконец! — прорычал Синицын, замахнувшись на последнего мертвеца.

Мы одновременно зарубили оставшегося зомби, после чего у нас появилось немного времени, чтобы выдохнуть.

— Ещё Эдуард, будь он неладен, — пробурчал Синицын. — Он решил поддержать идею Кораблёва. Наплёл, что это именно ты создал тёмного лешего.

Ответить на это мне было нечего. Вряд ли Родников в сговоре с кем-то из моих врагов. Скорее всего, этот трус просто решил обезопасить себя. Решил, что я — некромант. А поверить в это не трудно, если учесть, что я сам подкинул окружающим несколько аргументов в пользу этой теории.

— Алексей, — Илья положил руку на моё плечо. — Во мне можешь не сомневаться. Я во все эти лживые россказни не верю. Но выглядишь ты так, будто сам только что из гроба вылез…

— Причина моего внешнего вида в другом, — ответил я. — Но я — лекарь, Илья. Остальное — лишь домыслы.

— Мне достаточно твоего слова, чтобы поверить, — кивнул он. — А теперь уходите. Я сам объясню Кораблёву, что здесь случилось. Кстати… А что здесь, собственно, произошло?

— Сухоруков, — коротко ответил я. — Это его рук дело. Мы с дядей отправляемся его искать.

И если я не приведу его к местным органам правопорядка, то не смогу доказать свою невиновность. Придётся взять Сухорукова живым.

— Спасибо тебе, Илья, — бросил коллеге я и рванул вслед за дядей, за пределы территории Хопёрской амбулатории.

Олег, хоть и хромал, но двигался резво.

— Впопыхах не успел спросить, — произнёс я. — Откуда ты узнал, что именно Сухоруков похитил Серёжу? Кстати, как Катя? Ей-то он не навредил?

— Нет, она даже не в курсе, что случилось на самом деле, — заявил дядя.