Видимо, ему доложили, что я прибыл в Пензу. Но я и не пытался скрываться. Он мог ещё вчера догадаться, что Хопёрск — это лишь перевалочный пункт, а на деле я двигаюсь в соседнюю губернию.

Как только охранники закончили досмотр, меня повели на десятый этаж. Минус балл князю Сперанскому! Профинансировать изобретение магического лифта для своей цитадели он не додумался.

Меня провели в огромную комнату, больше напоминавшую банкетный зал по своим габаритам. Уж не знаю, зачем Сперанскому понадобился такой большой кабинет, но факт остаётся фактом — князь сидит в другом конце помещения за своим письменным столом.

И, судя по количеству охраны, действовать он привык осторожно. Я заметил, что вооружённые люди были везде. В углах комнаты, между книжных полок, у входа в кабинет и снаружи — в коридоре.

Итого десять человек, не считая самого князя. Я это предусматривал, но всё же количество потенциальных врагов слишком велико.

— Не ожидал, что вы почтите меня своим визитом, Алексей Александрович, — произнёс Сперанский и поднялся из-за своего стола.

Ничего себе, вот это великан! Ростом Филипп Михайлович был явно под два метра, если не выше.

Да и внешность у Пензенского князя специфическая. Длинные чёрные волосы, густая ухоженная борода. Глаза здоровенные, блестящие, как у хищной птицы вроде совы.

Теперь понятно, зачем ему такие высокие потолки. В обычных комнатах он, скорее всего, вынужден пригибаться.

— Рад, наконец, познакомиться с вами, Филипп Михайлович, — произнёс я.

Медленно приближаясь ко мне, князь махнул рукой и воскликнул:

— Оставьте нас наедине. Охрана мне не понадобится.

Отозвал стражников? Отлично. Этот вариант я тоже предсказывал.

Значит, он хочет поговорить со мной о том, что другим людям лучше не слышать. Но при этом он уверен, что я не представляю для него никакой опасности. Козырей у него в рукавах должно быть немало.

Но у меня их ещё больше.

Как только в кабинете не осталось никого, кроме меня и князя Сперанского, мой противник заявил:

— Что ж, Алексей Александрович, а вы, как я посмотрю, совершенно ненормальный человек.

— Решили начать разговор с оскорблений? — приподнял одну бровь я. — Необычное поведение для человека вашего статуса.

— Я бы не назвал это оскорблением, — меря широкими шагами кабинет, произнёс Сперанский.

— Как раз наоборот. Комплимент. Вы меня очень сильно удивили, господин Мечников. Никто в здравом уме не стал бы соваться в логово к человеку, который желает вам смерти. Храбрости вам не занимать. В этом и заключается ваша ненормальность.

— Так вы даже не пытаетесь скрыть свои намерения? — спросил я и принялся расхаживать по кабинету, изучая полки с книгами. Важно было транслировать ему своё спокойствие и уверенность. Пусть знает, с кем имеет дело.