Наглости вам не занимать, Виктор Генрихович. Похоже, из-за денег тут одурели вы, а не я.

Я собирался довести его до белого каления. Мне о-о-очень надоело терпеть всю ту чушь, которую он постоянно высказывает мне и моим коллегам. Дам ему последний шанс высказаться. Больше у него никогда не получится показать свой характер.

— А ведь я был прав… — он поправил очки и хищно улыбнулся. — Господин Лазарев думает, что вы образумились, но это совсем не так. Вы так и остались прежним, Мечников. Всё такой же заносчивый юнец, который никак не поймёт, где на самом деле его место. Знаете что? Думаю, я подниму вопрос о том, чтобы отобрать у вас право на заводы. Пусть они перейдут под управление ордена. Вы нам больше не понадобитесь.

— Знаете, в чём ваша главная ошибка, господин Вебер? — я начал готовить лекарские каналы. Ещё несколько секунд, и я узнаю, на что способна моя новая сила.

— Я не допускаю ошибок, Алексей Александрович. В отличие от вас, — хмыкнул он.

— Нет, допускаете. Не умеете вовремя закрыть рот. Жадность, тупость и нежелание помогать людям. Я очищу орден лекарей от таких, как вы, — заявил я и тут же активировал «Свет разума».

Вебер попытался вызвать стражу, но не успел. Я уже погрузился в его головной мозг и почувствовал, как всё моё тело начал заполнять яд.

Виктор Генрихович замер. Двигаться он больше не мог. А мне казалось, что по моим венам струится соляная кислота. Всё тело жгло от напряжения.

Ведь я взял на себя то, что творится в голове этого омерзительного человека.

Это был очень рискованный ход. Но в итоге я оказался прав. Может, Вебер и не страдает от психического заболевания, зато его душа переполнена травмами, которые и превращают его в жестокого меркантильного человека.

Я понял, о чём говорил Василий Решетов. Испытал на практике весь риск использования этой силы. Как только попытался очистить разум Виктора Генриховича, мне начало казаться, что я и сам стал Вебером.

А ведь правда… Зачем я трачу столько сил на лечение людей? Можно было бы просто повышать цену на препараты, разбавлять их обычным мелом и тем самым экономить больше средств. Я ведь прекрасно знаю, как поступали некоторые фармацевтические компании в моём мире!

Некоторые особенно хитрые господа знали, как получить деньги в этой сфере. Занижали цену на препараты, но помещали в таблетки меньше действующего вещества, чем нужно. Таким образом им удавалось продавать по доступной цене пустышку. Пенсионеры и бедные слои населения с радостью покупали эту дрянь, потому что их доход не позволял покупать качественные таблетки.

Вот только здесь у меня нет конкурентов. И я могу не занижать цену. Наоборот, я могу её увеличить в два или три раза! И при этом всё равно экономить на препаратах. Тогда полученных средств мне хватит на всю жизнь.