— Я направлюсь домой и сам посещу графа, как только закончу с остальными делами.

— А нам казалось, что у вас больше нет дома, — пожал плечами солдат. — Странно, может, Дмитрий Павлович нам обманул, господа? Экий негодяй!

Бойцы громко рассмеялись."

"— Довольно! — рыкнул Кирилл Мечников. — Не лезьте в наши дела. У Алексея есть дом. Да, он изгнан. Но отношения внутри нашей семьи вас не касаются. Ни вас, ни вашего графа.

— К вам, Кирилл Александрович, у нас нет никаких претензий, — сказал командир. — Более того, вы — единственный член семьи Мечниковых, которого глубоко уважают все — и Юсуповы, и мы — их солдаты.

— Единственный, кого уважаете? — стиснул зубы Кирилл. — Это вы так попытались оскорбить моего отца?

— Ни в коем случае, — помотал головой командир. — Я всего лишь высказал мнение, которого придерживаются все, кого я знаю. Кирилл Мечников — будущий глава рода и многоуважаемый лекарь, который своими силами создал своё имя на фронте.

— Не надо подлизываться, — процедил сквозь зубы Кирилл. — Вы не имеете права останавливать нашу карету. Если об этом узнают, вы пострадаете вместе со своим графом.

— А кто об этом узнает? — пожал плечами командир.

— Кирилл Александрович, если вы не заметили, в округе кроме нас больше никого нет.

И вправду. Нас поймали на узкой улочке. Люди, которые наблюдают за нашим спором из домов, вмешиваться в дела дворян точно не станут. В лучшем случае скажут, что ничего не видели. В худшем — будут свидетельствовать против нас, если Юсуповы их подкупили. А такой вариант тоже исключать нельзя.

— Хватит лебезить перед моим братом, — крикнул я. — Вы пришли за мной, а не за ним. Так что и разговаривайте со мной, Грифон вас раздери!

— Грифон? — усмехнулся командир.

— Да вы, Мечников, похоже, уже насквозь прогнили верованиями Саратовской губернии! Стали обычным Хопёрским простолюдином, который забыл, кого чтят жители Санкт-Петербурга. Всё, заканчиваем эту бесполезную беседу. Проходите в нашу карету, иначе…

— Зря вы сказали, что нас здесь никто не видит, — оскалившись, перебил его я. — Вам же хуже.

— Не провоцируй их, — прошептал Кирилл. — Против нас десять солдат. Я с ними легко справлюсь, но устраивать резню в центре Санкт-Петербурга… Мы не можем этого допустить.

— А резни не будет, — ответил ему я.

— И убегать я тоже не собираюсь.

— Разумеется, мы не будем убегать! Побег — это позор, — согласился Кирилл. — Но что ты предлагаешь нам сделать?

— Простой стой и смотри, — сказал я.

Не зря я перед отъездом перекинул три своих витка в обратный. Как знал, что лекарские навыки здесь мне вряд ли пригодятся. А если и придётся ими воспользоваться, у отца есть ещё одна ритуальная лекарская плита. Смогу перераспределить силы назад.

Я сделал несколько шагов вперёд и остановился в метре от командира.