Произнеся эту фразу, он смиренно сложил пухлые ручонки на животе и прикрыл глазки. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы уловить его намек на себя любимого. Но меня сейчас меньше всего интересовали местные политические расклады и рассуждения о чьем-то соответствии или несоответствии должности. Мне бы друзей спасти да самому выбраться из этого проклятого герцогства.

— Можно поинтересоваться, как будет решена наша проблема? — осторожно спросил я, видя, что настоятель погрузился в размышления.

— Думаю, что послезавтра к обеду здесь будет конная сотня тридцать пятого имперского полка, расквартированного в Логрусе. Логрус — это уже на старых имперских землях, туда вас и доставят в целости и сохранности. А вот как Балио будет заминать скандал — ума не приложу, пусть выкручивается как хочет, — мрачно усмехнулся Владис Вайс.

— Я могу идти?

— Да-да, конечно. Только… Молодой человек…

— Теодор, — снова любезно сообщил я свое имя.

— Теодор, могу я надеяться, что не все услышанное вами здесь будет предано огласке?

— Меня интересуют только жизнь и здоровье моих друзей, — ответил я после секундной паузы, немало удивленный самой постановкой вопроса. Думал, будет пытаться выпятить свою роль в этом деле. — Все остальное не имеет значения, а потому быстро выветривается из моей памяти.

— Спасибо за понимание, — Вайс благодарно кивнул, после чего снова погрузился в размышления, тотчас забыв о моем существовании.

Дверь в выделенную нам для жилья комнату оказалась заперта, но после моего осторожного стука распахнулась так быстро, будто Виста в ожидании меня стояла прямо за ней. Девушка успела помыться и переодеться в длинную, почти до пят, холщовую сорочку — явно подарок храмовой братии.

Не говоря ни слова, Виста Эртис бросилась в мои объятия и, непрестанно покрывая шею поцелуями, принялась шептать:

— Прости, прости меня, прости…

Ошеломленный ее напором, я ногой захлопнул дверь, после чего, пошарив за спиной левой рукой, нащупал и запер засов.

— Прости, прости, — как заведенная продолжала девушка, после чего огорошила меня еще раз: — Мы должны расстаться!

Я слишком устал сегодня, чтобы остро реагировать на подобные ситуации. Случись это, что называется, «на свежую голову», несомненно, был бы шокирован, а так неожиданная информация прошла где-то на заднем фоне, позволив пережить момент практически спокойно, без эмоций. А потом пришло понимание.

Не знаю и знать не хочу, успели ли негодяи из той пыточной совершить свое гнусное дело или только готовились к этому, но Виста априори считает это постыдным фактом, порочащим ее честь, потому и говорит о необходимости расстаться.