У меня была девушка там, дома, в Эксмуте. Это в графстве Эксетер, на юго-западе острова.

Я чуть не ляпнул, что бывал там.

— Мы собирались пожениться, когда заработаю здесь денег и вернусь, но не дождалась, вышла за другого, — печально сообщил Джонатан Липман.

Большая трагедия маленького человека. Я простил ему нелестные отзывы обо мне.

— «Если невеста сбежала к другому, то неизвестно, кому повезло», — процитировал ему строку из песни, модной в годы моей юности. — Зато вернешься отсюда богатым.

— Всё равно обидно, — признался он, вздохнул тяжело и перешел к делу: — Опиума у нас больше нет.

Могу предложить, перечислю по снижению цены фрахта, фарфоровую посуду в ящиках с рисовой соломой, рулоны шелковых тканей и чай в мешках. Первых двух товаров мало, подвоз перекрыли.

Фарфор возить выгоднее при условии, что сдашь целым, а разбиться может не только из-за шторма, но и при погрузке-выгрузке. Если не уследишь за грузчиками, вычтут ущерб из фрахта. Стоит фарфор здесь не очень дорого, не сравнить с европейскими ценами, но придется долго ругаться с представителями грузополучателя из-за каждой разбитой тарелки.

— Давай сколько есть шелка, а остальное доберем чаем, — предложил я.

— Подвоз груза организуют твои сограждане из «Рассел и Ко». Якобы получишь товары от них. Нам нельзя, — предупредил Джонатан Липман.

— Меня просветил Чарльз Эллиот, — сказал я. — Завтра встречусь с ним. Может, что-нибудь надо передать ему?

— Передай, что я еще жив, — скривив бледные губы в зловещей улыбке, мрачно пошутил желтолицый клерк.

Юмор у него тоже малярийный.

50

Ночью мне приснилась Мацзу. Бледная фигурка, словно бы сотканная из тумана, плавно скользила по спокойному морю к какому-то большому острову.

Он казался знакомым, я видел его часто, но никак не мог вспомнить, где расположен и как называется. Так и не определил ни во сне, ни наяву. Сделав ранее вывод, что богиня Мацзу имеет хорошую привычку предупреждать меня о надвигающейся опасности, я первым делом оглядел море с полуюта, где ночевал. Горизонт был чист. Ни островов, ни судов. Курсом полный бейдевинд мы не спеша двигались на юго-юго-восток, под острым углом к главным островам Филиппинского архипелага, который сейчас является испанской колонией. На подходе к длинному и узкому острову Палаван поменяем галс и пойдем в сторону материка, к территории будущего Вьетнама, а потом повернем к острову Калимантан, называемому англичанами Борнео, и от него проследуем к Сингапуру. До первой точки поворота нам добираться не менее суток. Других островов по пути нет. Ближние по левому борту примерно на таком же расстоянии.

Убедившись, что ничего нам не угрожает, я решил, что богиня на этот раз дала маху, и пошел в каюту, чтобы, пока не жарко, подсчитать там доходы и расходы.