Не отменяй, кстати, торжество, в этот день ты можешь отметить праздник с Павлом, такая любовь, такие чувства, завидую вам, молодцы, ребята.

- Я подумаю над твоим предложением, - отвечает Алиса.

- Подумай, - бросаю уходя. Продолжать этот диалог, состоящий их колкостей, больше нет желания.

Поднимаюсь наверх и закрываю дверь. Полный бессилия сажусь на кровать.

Что я натворил со своей жизнью? Как мы докатились до этого с Алисой, снова и снова задаю себе этот вопрос. Обида и боль душат и пожирают мое нутро. Чего я хотел? Верности? Преданности? Мы оба изменили друг другу и обвинять только Алису нет смысла.

Самое неприятное, что после новости об измене, мне уже и не хочется думать о Кире. Понимаю, что веду себя как собака на сене, но… Алиса моя женщина и я не хочу отдавать ее Павлу.

***

Полная эмоций и злости, Алиса хватает свою сумку и вызывает такси. Ей просто необходимо увидеть Киру, спросить ее, глядя в лицо, как она посмела трогать ее счастье, спать с будущим мужем и предавать их, казалось бы, святую связь – матери и дочки.

Доехав до дома женщины, не набирая Киру по телефону, чтобы предупредить о визите и, не нажимая звонка в квартиру, она поднимается на этаж и открывает двери своими ключами. Внутри темно, что немудрено. Этот безумный долгий вечер затянулся и плавно перетек в глубокую ночь, Кира, наверняка спит, предполагает девушка.

Так и есть. Алиса заходит в комнату, включает свет и громким голосом командует:

- Давай, вставай! - сбрасывает одеяло со спящей матери.

Кира перепугано открывает глаза и с удивлением смотрит на дочку. В первую минуту после пробуждения она не способна понять, что вообще происходит.

- Доченька? Ты тут? – с заботой в голосе задает вопрос. – Что случилось, моя хорошая. Вы поругались с Филом? – уточняет, чем еще больше злит Алису.

- А тебе бы этого хотелось, правда? – шипит девушка. – Что же ты меня доченькой зовешь, любимой, родной, единственной, а сама за моей спиной спишь с Филиппом? Расскажи мне мамочка! Поведай, как так можно предавать своего собственно ребенка, ради возможности просто потрахаться! А? – голос дрожит, кажется, вот-вот и Алиса разрыдается.

- Алиса, дай мне тебе объяснить, - Кира в замешательстве пытается сообразить, что именно знает дочка и как ей правильно себя повести в данной ситуации.

- О, боже! – девушка падает на ковер коленями и начинает рыдать. – Я до последнего надеялась, что это ложь, что Филипп сочинил эту гнусную историю, чтобы обидеть меня, задеть и ответить на мою откровенность об измене. Но нет, я вижу, что ты и правда предала меня.

- Алиса, - Кира поднимается с постели, наспех накидывает халат и спускается к дочери на ковер. – Прости меня, я умоляю, прости меня. Я не знаю как это все вышло.