– Он поднес сигару ко рту, внезапно остановился, опустил руку и спросил так, словно этот вопрос неожиданно пришел ему в голову: – А почему вас вдруг заинтересовало ее здоровье?

Дженет удивленно подняла брови.

– А разве она не лежит в постели с нервным расстройством?

– Ах, это! – Нед безмятежно улыбнулся. – Неужели Поль не объяснил?

– Он сказал, что у нее нервное расстройство.

Улыбка Неда сделалась совсем кроткой.

– Наверное ему неприятно об этом говорить, – медленно. проговорил он, глядя на кончик сигары, потом поднял глаза на Дженет и слегка пожал плечами. – Здоровье Опаль в полном порядке.

Просто она вбила себе в голову, что Поль убил вашего брата, а потом – что уж совсем глупо – стала болтать об этом на всех перекрестках. Разумеется, Поль не мог допустить, чтобы его родная дочь бегала по городу, обвиняя его в убийстве, вот он и запер ее дома до тех пор, пока она не выкинет эту дурь из головы.

– Вы хотите сказать… – Дженет запнулась, глаза ее заблестели, – что она… что ее… держат взаперти как пленницу?

– Ну, это уж чересчур романтично, – рассмеялся Нед, Опаль ведь еще ребенок. Детей в наказание запирают дома.

– Да, конечно, – торопливо согласилась Дженет. Она посмотрела на свои сложенные на коленях руки, потом снова подняла глаза на Неда. – Но с чего это пришло ей в голову?

– А разве она одна так думает? – Голос Неда был так же сдержанно вежлив, как и его улыбка.

Ухватившись руками за края табурета, Дженет подалась вперед. Ее лицо стало серьезным.

– Как раз об этом я и хотела спросить вас, мистер Бомонт. Разве люди действительно так думают?

Нед безмятежно кивнул головой.

Дженет с такой силой сжала руки, что у нее побелели суставы пальцев, голос ее звучал хрипло, словно у нее запершило в горле:

– Но почему?

Нед встал с диванчика, подошел к камину и бросил в огонь окурок сигары.

Вернувшись на место, он скрестил свои длинные ноги и непринужденно откинулся на спинку.

– Наши противники считают, что будет совсем плохо, если люди поверят в это. – Ни голос, ни жесты, ни выражение лица – ничто не показывало, что тема разговора представляет для Неда какой–то интерес.

– Но, мистер Бомонт, с чего бы люди стали так думать, если бы не существовало доказательств или чего–то, что можно было бы выдать за доказательства.

– Конечно, кое–что есть, – ответил Нед. Он поглядел на нее с веселым любопытством. – Я полагал, что вы об этом знаете. – Кончиком пальца он аккуратно пригладил усики. – Неужели вы не получали ни одного из тех анонимных писем, которыми сейчас наводнен город?

Дженет вскочила с кресла; волнение исказило ее лицо.

– Да, как раз сегодня! – воскликнула она. – Я хотела показать его вам, чтобы…

Нед тихо рассмеялся и остановил ее быстрым движением руки.

– Не трудитесь.