И вообще, какого хера я сейчас разбираюсь с чужими моральными терзаниями? Да, мне пожалуй нравится Салвец. И да, Ранна тоже приходится по душе. Но если глянуть с другой стороны, я не прочь и Фабию иногда отодрать в задницу. А если с Диксит что-то случится, то скорее всего немного расстроюсь.

Хмыкнув, подступаю ближе к женщине. Настолько, что её соски почти упираются в моё тело.

— Мы на войне. Ты это понимаешь? Вокруг столько врагов, что не угадать, откуда они ударят в следующий раз. Давай просто наслаждаться теми моментами, которые есть, а не плавить мозги, загружая их бесполезной философией."

"Свои эмоции она сейчас держит закрытыми. Но вот полностью контролировать выражение лица, оказывается не в состоянии. И если отталкиваться от того, что я вижу, сказанное Анну не слишком радует.

Впрочем, она больше не пытается на меня давить. Молча одевается и следует за мной в гостиную, где находятся Фосли. Спустившись во двор, вызывает себе такси. Потом неожиданно поворачивается ко мне.

— Извини, Тео. Просто… Когда появился тот канал связи, мы как будто переплелись. Это безумно приятное ощущение. Настолько, что у меня не было никакого желания заканчивать. А теперь очень хочется повторить. И очень страшно от мысли, что я могу всё потерять. Отсюда и всё остальное.

Подавляю вздох облегчения. Теперь всё становится чуть более понятно. Сколько она времени жила в состоянии полной изоляции и подозревала всех вокруг в слежке за своей особой? Да практически всё время после своего бегства из Рима. И я бы не сказал, что её военная служба протекала в более спокойных условиях. Скорее уж наоборот.

Сейчас же менталистка получила не просто физическое удовольствие и пачку оргазмов. Канал связи обеспечил то, что некоторые называют духовной близостью. А я бы обозначал, как “соитие разумов”. Скорее всего, включая и их тонкие части. Она впервые почувствовала к кому-то доверие. Пусть и не на все сто процентов оправданное. Не говоря уже о полном расслаблении рассудка. Сознание получило такой отдых, которого возможно не было с момента рождения женщины.

Логично, что она проявляется агрессивную ревность. Особенно, если вспомнить, что всё произошло совсем недавно и менталистка ещё не отошла от последствий секса. Вон, у неё даже ноги до сих пор чуть подрагивают.

— Я всё понимаю. И не собираюсь делать из этого проблему.

Когда та кивает и снова бросает взгляд на экране телефона, мысли сразу же переключаются на новую проблему. Нам нужна защищённая линия связи. Желательно такая, чтобы её не смогла прослушивать Алейна.

Нырнув в “чертог”, пытаюсь подобрать подходящий вариант, вовсю использую разное течение временных потоков. Быстро прихожу к выводу, что технической возможности скрыть наши переговоры от главы Первой службы, попросту нет.