Малышка ведь никогда так раньше не делала… Да она бы просто побоялась ходить одна в темноте! Так что могло толкнуть её на это?!

Догадка, внезапно впившаяся в сердце, заставила меня замереть. А вдруг… Вдруг все это из-за разговора с Ангелиной, который она услышала?..

В этот же момент в голове выстрелом пришло решение — нужно сказать Марку. Он — умный, он — хозяин резиденции и дядя Викки, и он точно быстрее всех справится с этой ситуацией!

Не заботясь о том, что босиком и в одной хлопковой сорочке, я побежала по коридору в направлении его спальни.

Хоть бы он оказался там! Хоть бы не уехал никуда!

Оказавшись в нужном крыле, я устало замедлилась и облегченно выдохнула, увидев, что массивная дверь в его комнату приоткрыта. Это еще ничего не гарантировало, но прежде чем я успела приблизиться к ней, до меня донесся мужской голос:

— …мне было очень плохо. Замкнутое пространство, темнота, одиночество… Я начал впадать в панику.

— А сто такое паника? — раздался вдруг тонкий любопытный голосок, и в моей груди екнуло.

Замерев возле двери, я осторожно и напряженно заглянула через узкий проем в комнату, которую освещала одна настольная лампа. Ракурс позволял увидеть их обоих и при этом оставаться незамеченной.

— Это когда тебе настолько страшно, что ты не можешь дышать, — в своей сдержанной манере объяснил Марк.

Он сидел в кресле, вполоборота к двери, в белой майке и пижамных штанах. Одной рукой он удерживал Викки, что устроилась на его коленях, а второй — собранной в кулак, подпирал свою голову.

— Твоя мама тогда пришла ко мне. Она была очень смелой и, несмотря на запрет отчима, тихонько пробралась к кладовке ночью и открыла замок.

— Она спасла тебя? — восхищенно спросила малышка.

— Хотела. Я не разрешил. Велел ей идти спать.

— Хм, — осуждающе издала Вика. — Поцему ты так сделал?

— Потому что знал, что её накажут.

Племянница Марка нахмурилась и задумчиво отвела глазки. А я почти не дышала, настолько боялась упустить хоть одно слово или обнаружить себя.

— И ты остался там?..

— Да. — Марк посмотрел на малышку и задумчиво улыбнулся. — Но уже не один. Твоя мама осталась со мной. И сидела в этой кладовке до самого утра.

Он говорил это без боли, без тоски в голосе, но с таким теплом и долей гордости, будто прямо сейчас вернулся в детство и увидел отвагу сестры взрослыми глазами.

— А лазве мозно наказывать детей? — недоверчиво поинтересовалась Викки в какой-то момент.

— Нет. Детей нужно воспитывать, но, к сожалению, не многие знают, как делать это правильно. Наш отчим считал подобные наказания самыми эффективными.

— Бедный Малк, — выдала малышка, выпятив губу. — Я бы тозе осталась с тобой… А злого дядю нужно плосто поставить в угол!

Он заметил, что Викки зевнула и мягко велел:

— Ну все. Тебе пора спать.