— Вечером напеку тебе целую тарелку!

— Нельзя мне столько. Еще и на ночь.

Ох уж эта гимнастика.

— Боишься пузо засветить на мостике? — подстегнула я худышку-сестру, которая закатила глаза. — Ну, правда — вряд ли тебе грозит ожирение.

Дернув вверх её тонкое запястье, я демонстративно обхватила его двумя пальцами, подтверждая свои слова и вызывая улыбку на милом личике с серьезными глазами.

— Аря… — неуверенно произнесла Лика. — А тебе еще не платили за работу?

Ирония плавно сползла с моего лица, которое стало озадаченно хмурым.

— Нет. Аванс ведь только был.

— Да, точно, — сконфуженно отозвалась она. — Просто у нас в школе поездку организуют… в один заповедник.

— Сколько нужно? — спросила я в лоб.

— Ну там… на билет, на перекус. Пять тысяч в общем.

Мне не обязательно было отвечать, сестра и так все поняла по одному взгляду.

— Лик. Я почти все отдала на кредит, — напомнила я осторожно. — Я попробую занять, но пока не уверена что…

— Да, ладно, — отважно отмахнулась сестра. — Все равно там ничего интересного. Можно и в Google картинки поискать. Я пойду… уроки делать.

Сестра вывернулась из-под моей руки и направилась в комнату, где стоял большой стол, за которым обычно все занимались уроками. Лика не обиделась на меня — уже привыкла к отказам, но ей было обидно. А я, наверное, никогда не привыкну к сдержанной грусти в синих глазах сестренки…

Знаю, почему у меня спросила — мама работает кассиром в супермаркете, и её зарплаты едва хватает на несколько дней. Хорошо хоть продукты дают по уценке. Поэтому у меня нет ни времени, ни возможности ждать достойную вакансию по профессии.

Старшая сестра как могла помогала нам, но ей самой нужна была помощь. Оплачивать няню, которая сидела с её годовалым сыном, пока она удерживала свое место на юридической фирме. Отец Илюши даже фамилии ему не посчитал нужным дать, а Рита с детства гордая — не стала бегать за этим бесстыжим хорьком и выпрашивать что-то.

В общем все было сложно… Сейчас.

Но когда-то все казалось просто и надежно. Когда с нами был папа. Каждый в нашей большой, дружной семье чувствовал себя целостным и счастливым. Теперь же мы все в какой-то мере разбились на осколки и даже спустя три года не могли собраться окончательно.

И я не представляла, как могу оставить свою семью…

Дело ведь не только в деньгах — им было необходимо мое присутствие! Даже моя самая сильная мамочка не столько нуждалась в моей помощи, сколько в моральной поддержке. Я видела, что ей легче, когда я дома. Мы все как котята грелись друг о друга и старались крутить колесо, которое в одночасье сошло с колеи.

Я все же вернулась в комнату, где оставила договор и не выходила оттуда, пока не прочла все до последней строчки.

Вечер наступил быстро.