— Как же я тебя люблю, солнышко маленькое!

Вик, кажется, не ожидала от меня такого порыва эмоций, и в первые секунды, словно немного растерялась. Но затем она крепко стиснула мою шею своими маленькими ручками, тихонько хихикнула и вдруг чмокнула меня в щеку.

Я отстранилась и с широкой улыбкой уставилась на малышку, сраженная этим неожиданным поцелуем. А маленькая хитрюга хлопнула глазками и требовательным тоном, в который раз за это утро, повторила свою любимую фразу:

— Давай иглать?

— Давай, давай, — рассмеялась я, выпуская её из рук, и подбирая с пола брошенную туда игрушку.

И все же, несмотря на назойливые мысли-маячки, что так и норовили утянуть меня в пучину тревожных раздумий, я чувствовала себя непомерно счастливой! Из-за этой эйфории даже не могла четко сформулировать, что именно меня настораживает? Категоричность Марка? Его напор? Или тот факт, что я все ещё почти его не знаю?..

Наверное, все это вместе взятое — пугало и будоражило одновременно. Дух захватывало от одной только мысли о новом свидании с ним! И сердце как будто пело! Потрясающее чувство…"

"Только один минус такого состояния — витая в облаках, очень сложно сконцентрироваться на работе.

Невероятных усилий воли мне стоило сдвинуть лишние мысли, чтобы, наконец, полностью включиться в процесс игры с Вик. Меня как раз хватило до её занятий с репетитором.

Передав девочку в руки опытного педагога, я отправилась в свою комнату, планируя занять свободное время телефонным трепом с сестрой. Хотя скорее — рухнуть спиной на кровать, и с блаженной улыбкой на губах вспоминать детали вчерашней близости с Марком…

Однако этим планам не суждено было осуществиться.

Я только успела сделать пару шагов от порога, как дверь за моей спиной распахнулась вновь и, в проеме показалась высокая фигура Марка.

— Привет, — выдохнула, с мгновенно участившимся сердцебиением.

— Привет, — разнесся по комнате низкий баритон, от одного звучания которого в груди приятно защекотало.

Оттолкнувшись от косяка плечом, он стремительно приблизился ко мне и, заключив в жаркие объятия, впился в губы требовательным поцелуем. У меня тут же закружилась голова, дыхание перехватило, а ноги сделались ватными.

Руки сами собой жадно заскользили по его крепкому торсу, наслаждаясь твёрдостью мышц под тканью дорогой рубашки.

Не отдавая отчёт своим действиям, и мечтая убрать преграду, мешающую касаться его кожи, я принялась проворно расстегивать пуговицы. Но едва успела расправиться с воротничком, как властные руки сомкнулись на моих запястьях, и безжалостно остановили меня.

— Соскучилась? — хрипло произнёс Марк мне в губы, глядя сверху вниз расплавленным янтарным взглядом.

— Очень! — искренне призналась ему.