Отряд старшего лейтенанта Рихельгофа пока не несет потерь. Через старика-парламентера Генрих объявляет полевому командиру, что в случае атаки боевиков отряд примет бой, но при этом уничтожит всех находящихся в зданиях чеченцев. А здесь есть женщины, дети, старики. Старший лейтенант требует от противника капитуляции, предупредив, что в ином случае бандиты будут подвергнуты тотальному уничтожению. Посчитав эти угрозы со стороны командира малочисленного отряда федералов откровенным блефом, чеченцы в ответ выталкивают на открытое пространство около аула избитого российского контрактника.

И тут же расстреливают его на глазах у обнаглевшего командира «гяуров». Но плохо знает полевой командир старшего лейтенанта Генриха Рихельгофа!

Офицер немедленно приказывает выбросить из одного дома трех подростков, которых сам же и расстреливает тремя короткими очередями. Кровь за кровь! Это охлаждает воинственный настрой непримиримых. Они понимают, что с ними уже не блефуют. Начав искать выход из сложившейся ситуации, полевой командир теряет необходимое время, когда еще есть возможность отвести в горы свой отряд.

Слышится грозный рокот вертолетов огневой поддержки «МИ-24», затем раздаются мощные удары «вертушек» по окрестностям аула. А вскоре стремительные атаки двух десантно-штурмовых рот закрывают бандитам выход из ущелья. Боевики в подавляющем большинстве безжалостно уничтожаются, только малым, разрозненным группам удается скрыться в горах. Скоротечный бой закончен. Десантные «МИ-8» подбирают отряд Генриха и спасенных пленных. И все было бы ничего, но среди боевиков в тот раз оказался оператор одной из западных телекомпаний, уцелевший в ходе операции десанта и ушедший с остатками бандитов по горным тропам. Он заснял тот момент, когда старший лейтенант Генрих Рихельгоф лично расстрелял трех молодых, ни в чем не повинных подростков. Вышел репортаж о зверствах федеральных войск, быстро растиражированный средствами массовой информации. Как зарубежными, так и, что более всего обидно, отечественными. О расстреле ранее российского солдата в репортажах, естественно, умалчивалось. Только бессмысленная жестокость русского офицера! К воплям СМИ о «беспределе» со стороны федеральных сил присоединился и голос уполномоченного по правам человека.

В результате Генриха арестовали, предали суду военного трибунала, лишили звания, боевых наград и приговорили к нескольким годам заключения.

Из зоны вышел уже другой Генрих. Генрих, проклявший власть, которая использовала его и выбросила затем на «социальную свалку». Государство предало своего верного защитника, и он не считал себя обязанным соблюдать законы ЭТОГО государства.