Причем действовал так аккуратно и тихо, что со стороны было практически и не заметно.

— Но ты же как-то заметил?

— Не только я заметил, но и несколько других старых и опытных профессионалов рынка акций, для остальных это осталось практически тайной.

— Но как так получилось? Что бы какие-то новички, и вдруг провернули такой финт на бирже, где все и всех давно уже знают, и при этом все тайно?

— Видишь ли, на самой бирже, во время торгов, действовали вовсе не новички, и не неизвестные. Акции скупали не тайно, и даже не скрываясь, через брокеров из конторы Гольдберга. Все дело было в особой тактике.

— А это не может быть сам Гольдберг?

— Нет. Это не его стиль, он так не работает. Во-первых, он не лезет в большую политику и во все эти дела, ему просто неоткуда, да и незачем получать или покупать подобную информацию, а с наскока такие дела не делаются. Во-вторых, он играет в долгую, имеет дела в основном с солидными клиентами, и работает в основном с консервативными портфелями и стратегиями. Он очень редко участвует в краткосрочных спекуляциях, и только если работает со своим собственным портфелем, или с акциями связанными с высоколиквидной недвижимостью. С чего ему вдруг менять свою многолетнюю стратегию. Нет, это кто-то другой его нанял, и предложил весьма занятную и в целом неплохую тактику, и тот по какой-то причине согласился поучаствовать."

"— И что за новая тактика, что такого неожиданного смогли выдумать и реализовать на бирже? — второй джентльмен даже оторвался от сигары и с интересом посмотрел на собеседника.

— Я бы не сказал, что в целом это какая-то новая тактика, по отдельности все элементы имеют место быть на бирже, она скорее необычная и при этом достаточно эффективная. Мои специалисты уже все детально разобрали, проанализировали и досконально изучили. — джентльмен несколько раз пыхнул сигарой, сделал глоток коньяка и продолжил. — На поверку, в общем-то, все достаточно просто, если знаешь что надо делать и куда смотреть. Так вот, кто-то, очевидно точно зная, что произойдет, заранее открыл достаточно большой депозит на покупку акций Ост-Илийской компании. И сразу разбил его на несколько частей, по числу брокеров. Затем заранее определил максимальную сумму разовой покупки. Достаточно незначительную надо сказать, и потому незаметную, предположительно, не больше трех-пяти тысяч золотых. И когда акции на негативных новостях начали падать, и достигли падения где-то на пятнадцать процентов, то брокеры Гольдберга, уже самостоятельно, без дополнительных запросов и консультаций, в рамках выделенных лимитов и сумм, начали периодически скупать небольшие лоты на каждом очередном падении.