Он не вызвал на дуэль никого, да и просто не набил никому морду, хотя и несколько раз ему этого очень хотелось, чуть ли не до зубовного скрежета, только по тому, что понимал, да и видел, что это просто «мягкотелые» целители, вдобавок подогретые алкоголем, и он каким-то чудом сдерживался. Но постарался запомнить всех, и тех, кто вел себя вполне разумно и адекватно, и тех кто «был несколько не в себе, и в состоянии аффекта», как он для себя это сформулировал, чтобы не сорваться.

Но все когда-нибудь заканчивается, и взмыленный, если не сказать, что взбешенный, Алекс отделался наконец от всех желающих с ним пообщаться, и вышел на террасу с очередным бокалом вина, откуда открывался прекрасный вид на реку и город за ней, а осенняя прохлада приятно освежала, и постепенно смывала весь негатив, накопленный за время общения с назойливыми коллегами.

На террасе кроме него находились только двое молодых людей. Увидев его, они стали о чем-то негромко спорить, периодически поглядывая на него, и хотя и были постарше его, он чувствовал исходящее от них чувство некоторого стеснения и сомнения, что было нехарактерно, для циничных в силу профессии целителей. Наконец они решились и направились к нему, а Алекс только мысленно вздохнул, ожидая очередную порцию просьб.

— Простите, что нарушаем ваше уединение. Вы же лэрд Алекс Ратель, верно? — заговорил один из них, румяный и более крепкий парень, и после подтверждения, что он это он, продолжил. — Разрешите представиться я Анджей Гриневич, целитель из Дома Болотной выпи, а это мой друг Николас Григориади, тоже целитель из Дома Оливковой ветви."

"— Рад знакомству господа. — ответил Алекс, отвешивая поклон, и выдавая больше похожую на оскал, замученную улыбку.

Вторая фамилия показалась ему очень знакомой, затем в голове у него что-то словно щелкнуло, и он вспомнил, Алексис Григориади, так звали старичка профессора на экзамене.

— Я так понимаю, что Алексис Григориади это ваш дед? — обратился он ко второму парню, и теперь его улыбка была более естественной, а затем он вспомнил и первую фамилию. — А Мариус Гриневич, это ваш двоюродный дед?

— Да. — практически одновременно проговорили парни, и теперь уже улыбались все.

— Они упоминали, что вы будете учиться на курсе переквалификации.

— Так и есть, мы потому и подошли представиться и познакомиться. — снова заговорил Анджей, видимо более коммуникабельный и общительный в их компании.

Алекс, быстро уловив, что очередного сеанса просьб-уговоров-угроз не предвидится, несколько расслабился, и они неплохо пообщались с будущими посетителями его курса.