– Берсеньева, Виктория Александровна, – поправила Вика и тут же поинтересовалась: – А вы, случайно, не Вера Андреевна Ухтомская, специалист по Гоголю?

– Приятно познакомиться, – в смущении пробормотала Вера, не поднимая глаз.

А Вика вдруг воскликнула с неожиданной и, кажется, неподдельной радостью:

– То-то мне лицо знакомо! А я монографию как раз вашу читала, когда сюда собиралась. На обложке фото имелось. Точно, это ж вы!

Ухтомская на секунду застыла, глаза ее удивленно распахнулись, согнав с лица хищное выражение, но поскольку Виктория никак не высказалась о качестве монографии, решила лишь вежливо кивнуть и салонно улыбнуться.

– Ну, я смотрю тут все знакомые, а такой шум подняли из-за ерунды, – подполковник издевался, но развел руками и скорчил добродушное изумление на полном густобровом лице.

Большие черные глаза подполковника были непроницаемы. Ему явно было не до двух подбивших друг другу фары дамочек. Сама история с экспертом давно стала ему в тягость, но не приехать он тоже не мог, как и отказаться от эксперта вовсе, потому что Москва затребовала тщательного расследования. А ведь несчастный Мняцакян всего лишь попросил по-дружески филолога у соседнего региона, чтобы закорючку на экспертизе поставить.

– Я поеду тогда, – сказал тем временем подполковник, почти ничем не выдавая своего раздражения. – Завтра все для вас будет готово, Виктория Александровна. Савелий Сергеевич вот утром за вами в гостиницу заедет… Как вы и просили, я предупредил, можно с животными.

Он развернулся и пошел к своей машине, но на полпути вдруг развернулся:

– Да, девушки, ключи от обеих машин отдайте капитану.

Вика сделала шаг к Ухтомской, взяла ее под локоть и ласково проговорила:

– А мы с вами, пока суд да дело, вон в той кафешке посидим, про вопросы образования поговорим, не против? Или вы куда-то спешили?

Вера отрицательно помотала головой:

– Уже нет.

– Ну вот и славно!

Вернувшись в машину, чтобы забрать притихшего от нескончаемых стрессов Филиппа, я краем уха зацепил гениальную фразу Армена Ивановича, которая снова погрузила в атмосферу «Ревизора», пожалуй, не хуже чем немая сцена на парковке.

– Савелий Сергеевич, – тихо проговорил Мняцакян. – Завтра обе машины отремонтированы, женщины довольны, происшествия вообще на свете не было.

– Так точно, товарищ подполковник, – отрапортовал капитан, бросил какой-то неопределенный взгляд вслед уходящей жене и принялся за дело.

Глава 15. Паровозики

Как можно не верить человеку!

Даже если и видишь – врет он, верь ему, слушай и старайся понять: почему он врет?

Иной раз вранье-то лучше правды объясняет человека.

М. Горький, «Коновалов»Филипп выглядел притихшим и несчастным. Что уж и говорить: намучился.